Профессор Михаил Решетников о нематериальной теории психики

Уважаемые коллеги! В соответствии с традицией перед началом учебного года ректор обращается к студентам нового набора с кратким сообщением. В этом году для такого сообщения есть особый повод. В феврале 2019 разработанная мной Нематериальная теория психики была выдвинута на Нобелевскую премию. Естественно, появилось много вопросов… В чем же суть новой теории и открытия? Я постараюсь изложить эту суть максимально кратко, и несколько упрощая.

Проблема материи и сознания, а в более узком (прикладном) плане - взаимоотношений и взаимосвязи головного мозга и психики на протяжении двух тысячелетий является одной из основных, наиболее загадочных и, в целом – нерешенных. Еще 2 тысячи лет назад Гиппократ постулировал, что вместилищем всех психических процессов является головной мозг. Несмотря на огромный прогресс исследований в этой области знаний, гипотеза Гиппократа на протяжении двух тысячелетий остается основной и главенствующей… – и в физиологии, и в психиатрии, и в психологии.

В XVI веке идеи Гиппократа получили дальнейшее развитие и авторитетное обоснование в работах автора идеи рефлекса Рене Декарта, который анатомировал головы разных животных, пытаясь найти там материальные структуры воображения, памяти и мышления. Затем, исходя из идей Гиппократа и Декарта, в 1863 году И.М. Сеченов подготовил статью «Рефлексы головного мозга», которая на протяжении 150 лет оценивалась как революционный перевод в науке о психике.

В этой статье обосновывалось, что мозг действует «как любая машина», а все психические явления связаны с возбуждением и торможением в коре головного мозга... Это был период примитивного материализма, и эти идеи были с восторгом приняты и научным сообществом, и широкой публикой. Дальнейшее развитие эти идеи получили в работах И.П. Павлова – в частности, в его представлениях о высшей нервной деятельности. При этом И.П. Павлов предполагал, что в рефлексе объединяются («отождествляются») физиологическое и психическое, т.е психика – это продукт взаимодействия нейронов.

Что объединяло всех этих выдающихся ученых - Декарта, И.М. Сеченова, И.П. Пав-лова и их последователей? Их и их последователей объединяла могущественная и захватывающая идея – найти материальные основы психической деятельности.

Нужно отметить, что главенствующие на тот или иной период гипотезы о «структурах психики» тут же определяли методы терапии психических расстройств. Анатомический подход к «структурам психики» стимулировал идеи лоботомии и рассечения мозолистого тела мозга; идея электрической активности вызвала тысячи экспериментов с электрошоком; новейшие (по историческим меркам) биохимические теории психики вызвали появление новой отрасли химической индустрии – психофармакологии, главной «мишенью» которой является синаптическая щель.

В итоге вся современная терапия психических расстройств осуществляется преимущественно с применением психофармакологии, которая направлена на коррекцию обмена нейромедиаторов в синаптической щели и, таким образом – якобы на психику.

Фактически, что происходило в науке на протяжении двух тысячелетий?.. Ученые говорили и писали об изучении и о терапии психики, а на самом деле изучали и лечили мозг, ошибочно идентифицируя психику и деятельность мозга. Параллельно изобреталась псевдофизиологическая терминология для описания психических процессов в понятиях нервных импульсов, возбуждения и торможения в ЦНС и т.д.

В противовес этим традиционным представлениям в 2008 году автором была выдвинута гипотеза о мозге, как биологическом интерфейсе. В рамках этой гипотезы проводится аналогия между мозгом и компьютером, который обычно характеризуется как аппаратная часть или «железо» – с одной стороны; и между психикой и программным обеспечением, обычно именуемым как «софт» – с другой; а процесс обучения ребенка языковому общению, воспитание и обучение рассматривается как вариант программирования. Это программирование, как и в технических системах, осуществляется на конкретном языке. Соответственно: психические расстройства (если они не были исходно связаны с патологией мозга) – по аналогии рассматриваются как «сбои» в тех или иных программах психической регуляции.

Одно из ключевых положений предложенной гипотезы состояло в следующем: со временем особая роль мозга будет пересмотрена и в новой системе представлений ему будет отведена более скромная, но не менее значимая роль – связующего звена между идеальным и идеальным или, выражаясь современным языком – биологического интерфейса.

Многовековые попытки свести все многообразие психических явлений к примитивным анатомическим структурам, биохимическим реакциям и электрофизиологии мозга не выдерживают критики… Сама суть психических процессов качественно иная: мы получаем информацию, производим информацию, модифицируем или верифицируем информацию, обмениваемся информацией, передаем все возрастающие объемы информации от поколения к поколению. Именно эта способность – способность сохранять информацию (на камнях и папирусах, на бумажных или электронных носителях) и передавать ее следующему поколению отличает нас от животных.

Последующее развитие предложенной гипотезы было связано с одним чрезвычайно важным положением, которое долго ускользало от внимания ученых и никак не учитывалось в их теоретических построениях и гипотезах. Информация современной академической наукой общепризнанно характеризуется как нематериальный фактор.

Материальны только ее носители (биологические, бумажные, электронные и т.д.). Тем не менее, являясь нематериальной, любая информация обретает (именно обретает, а не имеет исходно) ряд количественных и качественных характеристик. Она может быть нейтральной, эмоционально насыщенной, устрашающей, правдивой, ложной и т.д., но все эти характеристики появляются только при наличии субъекта восприятия информации. При этом у разных субъектов одна и та же информация может вызывать абсолютно разные психические реакции. Вспомним 11 сентября 2001:  траур в США и ликующая толпа в Ливии. Само по себе наличие информации на каком-либо носителе (вне субъекта или при отсутствии субъекта) – фактически не существует.

Укоренившиеся представления о мозге, как вместилище всех психических функций, породили массу заблуждений, которые давно вошли в обыденную речь, а в науке привели к известному феномену «нагруженности теорией», когда все, что лежит за пределами главенствующей научной концепции исходно отметается. Совершенно привычными стали фразы о том, что «у кого-то не все в порядке с нервами», хотя нервы – это просто проводники; другой вариант: «мне пришло в голову», но приходит не в голову, а «на ум» и т.д. В целом, идентификация нервного и психического на уровне обыденного сознания и даже научного знания – запредельна.

Я не буду останавливаться на подробном обосновании новой теории, вы сможете прочитать это позднее, а только сформулирую ее суть и главные выводы.

Было обосновано:

1. мозг и психика – это две тесно связанные, но принципиально разные системы;
2. мозг и нервная система – материальны и осуществляют регуляцию деятельности внутренних органов, рефлекторных реакций и адаптивных функций организма;
3. психика нематериальна - эта информационная структура,  которая формируется на основе языкового программирования мозга только в социальной информационной среде, и регулирует все социальные функции личности.

Еще раз вернусь к аналогии с компьютером. Есть железо (его аппаратная часть), и есть программное обеспечение, которое – сколько не разбирай компьютер, найти невозможно – оно нематериально. Точно также, сколько не изучай мозг – это не психика.

И теперь о коренном отличии нашего института от всех других вузов. Человек прихо-дит изучать психологию или психиатрию. А ему начинают рассказывать о строении мозга, проводящих путях нервов, нервных центрах, рефлексах… Убеждая его, что он изучает психику. Это примерно то же самое, как если бы вы пришли изучать программирование, а вам начинают рассказывать, что клавиатура сделана из пластмассы, от нее идет какие-то проводки, эти проводки разноцветные, там есть всякие плато, по которым идет ток… Корпус компьютера из железа, экран – из стекла…
Огорчу вас. Мы тоже будем вынуждены в соответствии с образовательным стандартом рассказывать вам кое-что о мозге. Но главное – мы будем все эти годы учить вас понимать психику…

Я не знаю: будет ли эта теория удостоена Нобелевской премии – это всегда вопрос удачи. Но уже само выдвижение является большой честью для любого ученого. А новая теория завоевывает все больше сторонников, и в ее будущем у меня нет никаких сомнений.

Удачи вам всем на пути обретения новых знаний.