
Дискуссия вокруг законопроектов о психологической помощи в России достигла своей высшей точки. Недавно, комментируя на портале «Психологической газеты» официальный отзыв Правительства РФ на одну из последних законодательных инициатив, я обещала подготовить предметный разбор того, как можно выстроить современное правовое поле с опорой на международный опыт. Данный материал — выполнение этого обещания.
После отклонения прошлых инициатив профессиональное сообщество и регуляторы оказались на развилке. С одной стороны, оставлять рынок в состоянии «дикого Запада» дальше невозможно: практика масштабировалась, значительная часть частного сектора ушла в онлайн, сформировались крупные цифровые экосистемы и агрегаторы. С другой стороны, ключевой риторический императив законодателя сегодня — «не навреди». Избыточные административные барьеры, непродуманные финансовые поборы или попытка загнать индустрию в лекала середины прошлого века неизбежно вытеснят тысячи добросовестных специалистов в серую зону.
Чтобы сконструировать рабочее законодательство, нам необходимо сопоставить текущий правовой вакуум в России с уже действующими законами ближайших соседей (Беларуси и Казахстана), а также с мировой практикой регулирования ментального здоровья.
1. Ближнее зарубежье: консервативная вертикаль vs цифровой прорыв
Сравнительный правовой анализ нормативных актов Беларуси и Казахстана наглядно демонстрирует два противоположных подхода к регулированию отрасли.
Опыт Республики Беларусь: консервативная офлайн-модель
Закон РБ №153-З (в редакции от 30.06.2022) оперирует исключительно термином «психологическая помощь», жестко подчиняя отрасль государственной вертикали (Минздрав, Минобразования, МЧС).
- Плюсы: Закон сохранил в профессии кадры, прошедшие профессиональную переподготовку на базе высшего образования, и регламентировал правила снятия психологической тайны в социально опасных ситуациях.
- Минусы: Закон полностью «слеп» к цифровой реальности. В нем нет ни слова об онлайн-платформах, дистанционной терапии или защите персональных данных в сети. Полное игнорирование коммерческой природы платной услуги делает затруднительным применение законодательства о защите прав потребителей при оказании некачественных услуг.
Опыт Республики Казахстан: смелый шаг в цифровую эпоху
Подписанный 2 июля 2026 года Закон РК №332-VIII — это пример современной правовой адаптации.
- Законодательный прорыв: Казахстан официально легализовал термин «немедицинская психотерапия», сняв многолетний конфликт между психологами и врачами-психиатрами.
- Цифровая интеграция: в закон введена отдельная статья, регулирующая работу онлайн-платформ, обязательный учет специалистов в цифровом государственном реестре и правомерность снятия тайны при суицидальных рисках.
2. Европейский вектор: GDPR, EU AI Act и институт профессиональной ответственности
Европейский союз выстраивал регулирование психотерапии и ментального здоровья десятилетиями. Его опыт дает нам три важнейших ориентира, которые должны быть учтены в российском законопроекте.
А. Защита данных специальной категории
В соответствии со ст. 9 Регламента ЕС по защите данных (GDPR), сведения о ментальном здоровье и транскрипты психотерапевтических сессий относятся к «особым категориям персональных данных». В Европе использование обычных коммерческих мессенджеров (например, Zoom) для терапии вне защищенных сертифицированных контуров влечет штрафы до 20 млн евро. Европейская практика требует полной деперсонализации данных и хранения аудио/видеопотока в изолированных шифрованных средах.
Б. Регулирование ИИ в ментальном здоровье (EU AI Act 2024)
Принятый в ЕС Акт об искусственном интеллекте относит ИИ-системы, используемые в здравоохранении и для анализа эмоционального состояния человека, к категории высокого риска (High-Risk AI Systems). Европа категорически запрещает автономную работу «ИИ-терапевтов». Разрешены только «ИИ-ассистенты» под обязательным контролем человека (human-in-the-loop), требующие отдельного осознанного согласия пользователя на машинную обработку голоса и текста.
В. Финансовая защита через страхование ответственности (EuroPsy / Германия / Австрия)
Европейские страны (например, в рамках германского Psychotherapeutengesetz) не заставляют специалистов платить большие взносы в компенсационные фонды СРО. Вместо этого обязательным условием ведения частной практики является страхование профессиональной ответственности (Berufshaftpflichtversicherung). Если специалист причиняет моральный или психологический вред клиенту, выплату компенсации берет на себя страховая компания.
3. Российский контекст: как устранить коллизии и собрать лучшее из мирового опыта
Текущие российские законопроекты (проекты Н. Останиной, А. Кузнецовой, С. Авксентьевой) зашли в тупик из-за попыток скрестить несочетаемые правовые нормы. Команда юристов, психологов, IT-специалистов proEgo разработала комплексную модель, которая интегрирует международный опыт в действующее правовое поле РФ без создания новых коллизий.
1. Разграничение: «психологическая помощь» vs «платная услуга»
- Проблема: попытка описать коммерческий рынок языком социальной «помощи» порождает коллизию с Гражданским кодексом РФ.
- Решение: ввести жесткое двухуровневое разделение. Уровень А («Помощь»): государственный сектор (школы, МЧС, социальные службы). Уровень В («Услуга»): рыночный сектор. Платные консультации должны регулироваться Главой 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг) и Законом «О защите прав потребителей». Это даст клиенту законные права на качество и возврат средств, а платформам — юридическое право внедрять регламенты качества.
2. Легализация «немедицинской психотерапии»
- Проблема: термин «психотерапия» заблокирован Минздравом (323-ФЗ). Тысячи высококвалифицированных психологов, владеющих доказательными методами (КПТ, психоанализ, гештальт), вынуждены работать в серой зоне.
- Решение: вслед за Казахстаном официально ввести термин «немедицинская психотерапия». Допуск к ней должны получать специалисты с высшим образованием или переподготовкой (от 500 часов) плюс прохождением профильного обучения методу (300–500 часов), личной терапией и супервизиями. Это снимет претензии Минздрава, так как психологи не претендуют на фармакотерапию и лечение тяжелых психических патологий.
3. Синхронизация с Законом «О платформенной экономике» (289-ФЗ)
- Проблема: регулятор требует от IT-платформ («прокси-контроллеров») верифицировать специалистов, но у IT-компаний нет компетенций оценивать профильное образование.
- Решение: закрепить статус «оператора цифровой психологической платформы». Платформа берет на себя автоматическую верификацию дипломов через интеграцию с ФРДО (Федеральным реестром документов об образовании) до допуска специалиста к работе. Платформы становятся естественным техническим фильтром качества.
4. Цифровые СРО и страхование вместо взносов
- Проблема: традиционные СРО с большими взносами в компенсационные фонды вызовут массовый уход специалистов в тень.
- Решение: создание цифровых СРО. Отказ от компенсационных фондов и переход на обязательное страхование профессиональной ответственности (полис стоимостью 5–8 тыс. рублей в год). Это гарантирует финансовую защиту клиента в рамках ЗОЗПП и не создает барьеров для самозанятых.
5. Цифровой профессиональный паспорт и учет супервизий
- Проблема: законодатели не понимают, как администрировать часы супервизий без раздувания бюрократического штата.
- Решение: введение «цифрового профессионального паспорта», интегрированного с «Госуслугами» (ЕСИА). Платформы ведут автоматический «цифровой лог супервизий» и через API передают обезличенные подтвержденные часы в Государственный реестр.
Сводная матрица решений для нового законопроекта РФ
Резюме: время прагматичной консолидации
Главный вывод, который мы должны сделать из анализа международной практики: регулирование невозможно построить вопреки технологическому прогрессу и экономическим реалиям.
Рынок психологических услуг уже сформирован, цифровизирован и активно работает в онлайне. Попытка регулировать его методами прямого запрета или бюрократических поборов приведет лишь к правовому параличу. Законопроект, который действительно защитит гражданина и даст развиваться профессионалам, должен быть цифровым, гибридным и опирающимся на страхование ответственности.
При подготовке материала была использована большая языковая модель (ChatGPT). Искусственный интеллект применялся исключительно в качестве аналитического ассистента: для перевода и структурирования объемных текстов зарубежных нормативных актов (европейских GDPR и EU AI Act, а также для финальной стилистической вычитки. Вся профессиональная экспертиза, сравнительные выводы и разработка двухуровневой модели регулирования (proEgo) являются полностью авторскими (прим. автора).

.png)
.png)

























































Спасибо за анализ ситуации! Не знаю, правда, насколько он облегчил для меня её понимание) И, наверное, добавить бы туда какую-то информацию не только про консультирование и терапию, а и про использование психодиагностического инструментария психологами или людьми с дипломами психолога. Это тоже показатель профессионализма.
Юлия, спасибо за отклик! Согласна с Вами, грамотное применение психодиагностического инструментария в определенных случаях — важный маркер профессионализма. Этот аспект, безусловно, требует отдельного внимания.
, чтобы комментировать
Никак не регулировать. По крайней мере в текущий момент.
Кирилл Сергеевич, здравствуйте!
Понимаю Вашу позицию и, зная Ваши отличные разборы юридических коллизий в других ветках, во многом разделяю ваш скепсис. Риск того, что любое регулирование в текущий момент может превратиться в инструмент монополизации рынка и выдавливания независимых частных практиков, действительно велик.
Именно поэтому мы с коллегами попытались спроектировать модель не как инструкцию для чиновников "как нас отконтролировать", а как защитный механизм для самого проф. сообщества. Переход от СРО с "заносами" к недорогим полисам профессиональной ответственности, разделение "помощи" и коммерческой "услуги", легализация немедицинской психотерапии — это попытка выстроить барьер против того самого грубого регулирования, о котором Вы предупреждаете.
Идеально было бы оставить рынок в покое в надежде, что он сам себя отрегулирует "невидимой рукой". Но если законодательный маховик уже запущен, возможно, единственным шансом сохранить свободу профессии является предложение альтернативы, которая технически не позволит загнать частную практику в грубые лекала...
ПОчему-то опубликовался не весь комментарий. Я написал следующее.
Не в текущий момент. Конкретно сейчас сразу возникает вопрос cui prodest. О регулировании в 90% ситуаций пишут не те, "кого" планируется регулировать, а те, кто хочет этим заняться, то есть потенциальные бенефициары регулирования.
В Вашем тексте есть манипуляция. > С одной стороны, оставлять рынок в состоянии «дикого Запада» дальше невозможно> во-первых, не дикий запад, во-вторых, а почему "невозможнО"? Вы вбрасываете тезис без обоснования. Кто сказал, что невозможно? Почему невозможно? Вы можете это обосновать? Обоснования и доказательств в Вашем тексте нет.
И еще одна манипуляция: < Но если законодательный маховик уже запущен
, чтобы комментировать
Кирилл Сергеевич, благодарю за прямоту. Хотите прозрачности?)
1. О вопросе «Cui prodest?» (Кому выгодно?)
Вы правы, выгода платформы proEgo, как бизнеса, заключается в сохранении легального, понятного и массового рынка. Мы не СРО и не государство, мы не планируем собирать членские взносы или продавать лицензии. Наш интерес в том чтобы наши специалисты не оказались вне закона из-за того, что кто-то решит приравнять их деятельность к медицинской (лицензируемой). Предложенная нами модель со страховкой и цифровым реестром - это попытка защитить базу, на которой работаем и мы, и тысячи независимых практиков. Если рынок схлопнется или уйдет в серую зону под новым законом, то проиграют и психологи, и бизнес.
2. О «диком Западе» и «невозможности»
Принимаю вашу критику. Под «невозможностью» оставить все как есть я имею в виду не то, что психологи не справляются. Это «невозможно» с точки зрения внимания государства. Рынок стал слишком объемным в финансовом плане и весьма интересен государству как источник стабильных прозрачных налоговых поступлений. Отсутствие четких правовых дефиниций приводит к тому, что для регулятора клинический психолог с десятилетним стажем и ведущий «марафона желаний» без образования юридически равны. Именно эту уязвимость профессионалов я и называю «диким Западом».
3. О «законодательном маховике»
Здесь нет никакой манипуляции, есть просто факт. В Госдуме прямо сейчас циркулируют и обсуждаются законопроекты (инициативы Н. Останиной, А. Кузнецовой, рабочая группа С. Авксентьевой, которую вы сами комментировали). Государственная машина уже занимается этим вопросом. Мы можем закрыть глаза и сказать «мы в домике, не надо нас трогать». Но на мой взгляд, прагматичнее выйти к ним со своей, адекватной цифровой и правовой архитектурой, пока нам не спустили сверху очередные ГОСТы.
Мы прямо обратились к С. Авксентьевой с предложением войти в рабочую группу для обсуждения формулировок законопроекта, который недавно получил отзыв Правительства РФ. Нам важно, чтобы голос технологичного частного сектора был услышан до того, как закон будет принят.
Я искренне уважаю Вашу позицию защиты частной практики. По сути, мы с Вами стоим на одной стороне, просто выбираем разные стратегии.
"Нам важно, чтобы голос технологичного частного сектора был услышан до того, как закон будет принят."
- может, было бы лучше услышать конструктивную критику и предложения психологов, которые, вт.ч., публиковались ПсиГазетой, после выхода очередного сырого и далёкого от понимания законопроекта "О психологической помощи"?
А то мы видим одних интересантов в распределении потенциальных финансовых потоков, но не пекущихся о общаге государства, народа и психологического сообщества политических фигур.
О, а я вчитался в полный текст поста.
>Платные консультации должны регулироваться Главой 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг) и Законом «О защите прав потребителей». Это даст клиенту законные права на качество и возврат средств, а платформам — юридическое право внедрять регламенты качества.>
Представьте себе, они И ТАК регулируются ГК и ЗОЗПП, для этого никаких дополнительных законов не нужно. ГК и так регулирует любые услуги, представьте себе.
> Рынок стал слишком объемным в финансовом плане и весьма интересен государству как источник стабильных прозрачных налоговых поступлений>
Не интересен он государству, он интересен скорее нескольким игрокам от психологии, которые пытаются использовать государство как рычаг в своих интересах - так было еще в 2000 году, так было в последующие годы при попытках принять закон (самое яркое - в 2014 году) так и сейчас. Объемы этого рынка в масштабе экономики сферы услуг совершенно невелики. За пределами Москвы, Питера еще нескольких крупных городов рынок частных психологических услуг практически не существует.
>Мы прямо обратились к С. Авксентьевой с предложением войти в рабочую группу для обсуждения формулировок>
Ну скажем прямо "мы подсуетились, надеясь, что станем продавцами полосатых палочек".
Послушайте, не надо выдавать желаемое за действительное. Слава Богу и проект Останиной, и проект госпожи Авксентьевой были слиты. И Слава Богу.
Особенно смешно, что всё это "беспокойство" за качество, защищенность итд выражается исключительно в адрес частника. А вот о психологах в условной сфере образования или соцзащиты, где качество зачастую ниже плинтуса, и контроля никакого даже в лице условных "ассоциаций" никто не вспоминает.
Ну ибо денег там не поиметь, не правда ли?
>попытка защитить базу, на которой работаем и мы, и тысячи независимых практиков>
Защитить от чего? Конкретно от чего?
Мы не стоим на одной стороне. Вы не подскажете, что это за такая "высшая международная аттестационная комиссия"? И, к слову про законы и требования, что это за ученые степени она присуждает? И как они соотносятся с "положением о присуждении ученых степеней" в РФ? ;) Misrepresentation - тоже профессиональный грех.
Вы во всем правы. Можно еще добавить, что нынешнее состояние рынка психологических услуг напрямую создавалось и поддерживалось самими представителями психологического сообщества, со всеми возможными степенями, званиями и должностями, которые обладали "бизнес-чуйкой". Ну а защита потребителей - давно известный манипулятивный довод, используемой для обеспечения интересов узкой группы.
Спасибо. Я об этом с самого начала в общем-то говорю. Как и о том, что какой-то "кризис рынка" итд - это соаершенно манипулятивный популистский конструкт, который выдумывают те, кто очень хочет протолкнуть регулирование в свою пользу (и так происходит последние лет 20)
, чтобы комментировать
« Переход от СРО с "заносами"…» (с)
Уважаемая Дана Владимировна, известно, что СРО имеют весьма различные требования для членства. Обобщать их неприемлемо.
Людмила Григорьевна, здравствуйте! Вы правы, и я приношу извинения, если моя короткая формулировка прозвучала как резкое обобщение. В России действительно работают этичные и профессиональные ассоциации и СРО с прозрачными требованиями, которые делают большую работу по консолидации сообщества и поддержанию стандартов.
Мой комментарий относился к тем рискам, которые заложены в ряде текущих законодательных инициатив: а именно к идее сделать членство в СРО принудительным для допуска к профессии и обязать специалистов вносить крупные суммы в так называемые «компенсационные фонды».
Именно такая потенциальная, спущенная сверху финансовая нагрузка вызывает опасения у частнопрактикующих специалистов.
Наша позиция заключается в том, что вместо создания тяжеловесных компенсационных фондов прагматичнее использовать понятный во всем мире механизм индивидуального страхования профессиональной ответственности, оставив вступление в профессиональные сообщества добровольным выбором специалиста.
, чтобы комментировать
"Платные консультации должны регулироваться Главой 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг) и Законом «О защите прав потребителей». Это даст клиенту законные права на качество и возврат средств, а платформам — юридическое право внедрять регламенты качества."
Какие критерии эффективности сессии?
Как частные психологи смогут защищать себя от потребительского экстремизма?
Например, от людей, не принявших, что мужа мы не изменим за эту сессию никак?
Или что для этого запроса требуется работа в нескольких сессиях, а не одна?
, чтобы комментировать
Анастасия Михайловна, здравствуйте! Вы поднимаете возможно самый распространенный и обоснованный страх любого практикующего специалиста. Потребительский экстремизм - это реальность, но защита от него не в уходе от Гражданского кодекса, а в грамотной юридической архитектуре самой услуги.
Предмет договора, а не гарантия результата. Согласно ст. 779 ГК РФ (возмездное оказание услуг), предметом договора является совершение определенных действий или осуществление деятельности. В отличие от договора подряда, услуга не гарантирует результата в натуральном виде. Юридически грамотный договор, оферта или информированное согласие фиксирует, что специалист обязуется квалифицированно применять научно обоснованные методики, но не гарантирует изменения третьих лиц («исправить мужа») или мгновенного решения проблемы, поскольку результат зависит в том числе от психики и активной работы самого клиента.
Как защищаются психологи. Если специалист работает один, ему сложно отбиваться от неадекватных требований. В рамках цифровых платформ (таких как проЭго например) это берет на себя компания. Наша оферта и регламенты составлены юристами так, чтобы нереалистичные ожидания отсекались «на берегу». Если клиент требует возврат за то, что «за одну сессию не стало легче», платформа опирается на подписанное согласие.
Страхование профессиональной ответственности. Если дело доходит до серьезной претензии, разбираться с «экстремистом» должен не психолог в суде, теряя нервы и практику, а юристы страховой компании.
Применение Закона о защите прав потребителей пугает только тогда, когда психолог работает без прозрачного договора. Когда границы ответственности сторон четко прописаны в юридическом поле, закон начинает защищать не только клиента, но и самого специалиста.
, чтобы комментировать
"введение «цифрового профессионального паспорта», интегрированного с «Госуслугами» (ЕСИА). Платформы ведут автоматический «цифровой лог супервизий» и через API передают обезличенные подтвержденные часы в Государственный реестр."
- если сейчас на Госуслугах отправление одного письма для бизнеса будет стоить 125 р., то можно прикинуть, что ведение официальных логов никак не может быть бесплатной услугой. Кроме того, это сопроводить привязкой психологов к неповоротливым и неудобным официальным сервисам.
В итоге придется не только платить взносы, но и суммы за обслуживание в Госуслугах, которые будут превышать эти взносы.
Кроме того, такое хранение информации нарушит права клиентов на частную жизнь и подвергнет их опасности регулярно повторяющихся взломов серверов с последствиями.
Как это недавно произошло с государственным сервером Индии, где были украдены все цифровые профили, счета, доступы половины населения.
, чтобы комментировать
Всем здравствуйте.
Профсообщество ни на какой развилке не оказалось. Оно живёт и здравствует во всем своём многообразии. У направлений есть свои системы обучения, свои супервизии, свои интервизии. Для развития проф поля точно не нужно строго обязательно никаких "цифровых платформ" и "цифровых сред". Вот "цифровым платформам" подневольные-податные, разумеется, нужны. И прочим интересантам разных корпоративных окрасов. То есть тут приписывание корпоративной потребности широкому слою тех, над кем корпорация хотела бы воцарить.
Светлое пятно - это деприватизация термина психотерапии. Но для этого не нужны никакие" минпсихоцифры" - нужны точечные изменения в другие законы и акты. Хватает реального Минцифры и его перманентно возрастающего во время еды запретительного аппетита.
По откликам, ни белорусский, ни казахстанский закон в заявленной мере не работают. Казахстанский опыт цифровизации - это вообще тестовая площадка для остальных постсоветских стран объятий Китая. Когда мышеловка захопнется, они, объятия, ощутятся во всей своей немилости.
Частная или государственная айти-компания в условиях РФ и идея деперсонализации и герметичной защищённости персональных данных - это анекдот. Всё продаётся и сливается в незаконные продаваемые базы данных. Стоит лишь где-то оставить свой номер телефона. А тут предлагается примкнуть к Госуслугам в реестр. Знаком не с одним программистом, которые наотрез отказываются банкам предоставлять доступ с своим Госуслугам. А это люди, которые понимают, КАК устроена цифровизация в наших реалиях.
Частная айти - компания и идея эксклюзивное контроля за уровнем образования - зачем плодить и так уже реально работающее? Агрегаторы фильтруют уровень образования своих психологов. Профсообщества фильтруют уровень образования членов и уровень их членства. Любая цифровая платформа анонимна и как регулятор несёт в себе смысл анонимной власти. Что есть потенциальное зло. Если кто-то испытывает внутреннюю потребность подчиниться анонимной власти - это его право, запрещать, разумеется, не стоит. Но безальтернативным такой институт быть не должен и не может.
Любое педалирование всего цифрового как единственно возможного - дискриминация. Аналоговый способ всегда должен быть доступен и быть здраво основным.
И согласен с комментариями выше. "закон должен быть цифровым", "рынок оказался в состоянии Дикого Запада", "дальше невозможно", "законопроект даст развиваться профессионалам". Неуютно каждый раз почти в статьях интересантов регулирования сталкиваться с манипулятивными конструкциями. Ну уже столько раз этот тут было. И будет, к сожалению. Используется именно то, чему в терапии пациентов и клиентов психологи и психотерапевты учат противостоять. Ну это же псигазета, ну многие же знакомы с суггестивным языком, с" продажами на волне тревоги" и пр. Досадно снова и снова с этим сталкиваться. Как говорил Майкл Корлеоне: "Это оскорбляет мой разум".
Реальные изменения в этой сфере посредством одного законопроекта невозможны. Только если цель фасад и феодальное "освоение потоков". Нужны точечные изменения в уже существующие законы и подзаконные акты. Они на страницах Псигазеты в статьях обсуждались уже. Но именно эти вещи интересанты последовательно обходят стороной вновь и вновь.
, чтобы комментировать
Уважаемая Дана Владимировна!
У меня вопрос про "...недорогим полисам профессиональной ответственности..."?
Что это за полисы, кто их будет выдавать, сколько они будут стоить, срок их действия и их юридическая законность?
Будут ли они законны и утверждены минюстом?
Я не юрист, потому меня и интересуют эти вопросы. Будут ли они по своей законности соответствовать полисам медицинского страхования или нет (т.е. защищены ЗАКОНОМ)?
Про механизм защиты: " ...как защитный механизм для самого проф. сообщества."
ВАШЕ ВИДЕНИЕ, КАК ТАКОЙ ПОЛИС МОЖЕТ ЗАЩИТИТЬ СООБЩЕСТВО И КОНКРЕТНО ПРАКТИКУЮЩЕГО ПСИХОЛОГА?
Извините, что поставил перед Вами, да и не только, столько вопросов про эти полисы? Просто это огромный пласт непаханной целины...
Успехов Вам в этом непростом деле(+++
С уваженинм, Валерий Михайлович.
, чтобы комментировать
Уважаемые коллеги, спасибо всем комментаторам! Но, просто пример. Вчера читала лекции на своём факультете магистрам озо. А там поступившие с разных специальностей, не только наши бакалавры-психологи. В том числе, обсуждали направления их будущих курсовых и вкр. Около 20 процентов обучающихся из аудитории, а был 1 и второй курс магистратуры - заявили, что они практикующие психологи, онлайн почти все. Закончили какие-то онлайн-институты, преимущественно московские, что-то там про инновационные методы в психологии в названии и прочее. И у них клиенты с оплатой от 3 до 7.5 тысяч. Причём с чеками, ИП и самозанятость. В основном КПТ, но есть и какие-то мне неведомые техники ( теоретический базис которых они даже объяснить не могут, только описывают какой-то метод, причём даже ботов создали, чтобы его использовать). Кто-то показался мне вполне вменяемым, обучаемым и готовым повышать квалификацию . Кто-то вызвал ощущение (пока поверхностно, только начала с ними работать) потенциально "пограничных", что ли. С низкими академическими именно базовыми знаниями по психологии. Даже если там есть все ступени маркетинговых, давайте честно, школ КПТ. Мы это уже проходили с гештальтистами, нлп и прочим, что там было модно и востребовано за лет 30.
Спрашиваю - зачем вам наша магистратура, если у вас есть диплом какого-то онлайн вуза, вы говорите, что у него есть гос лицензия, вы уже работаете с клиентами. Ответ - нужен диплом теперь магистра госуниверситета.
Скажу честно, я не вижу выхода из этой ситуации в такой версии закона. Но рынок реально дикий. Свою ответственность осознаю, как доцента университета. Но повлиять ни на что не могу, кроме качественного преподавания и руководства их будущими научными работами.
Действительно, надо начинать с образования, в первую очередь с профпереподготовки. Конечно, отменять уже выданные "корочки" нельзя, но новые надо или запретить или вводить стандарты. Далеко за примерами ходить не надо - взять тот же ВЕИП (оч. успешная бизнес-структура), который возмущается, что бесплатную аренду хотят отнять.
Зачем запрещать? Иная переподготовка по уровню серьезнее чем диплом условного госвуза. Особенно если это нормальные длинные программы с личной терапией и зарубежным участием людей типа условного Лэнгле.
А в чем проблема методов? Напоминаю, примерно все методы имеют одинаковую эффективность (dodo bird effect) работает не метод, работает терапевт
И во многих пт методах изначально не требуется быть психологом. Даже в приличных местах типа психоанализа или в клиент центрированной.
В том то и дело, что "иная". Но если посмотреть программы ДПО уважаемых организаций, то... И все это совершенно законно, в рамках лицензионных нормативов. Кстати, я написал "или". Просто если люди ратуют за чистоту рядов (пуха на себя накидывают :) ), то начинать то надо с фундамента и с самих себя.
Поймите меня правильно - у меня есть дипломы, даже не "гособразца" ДПО с подписями и репутацией допустим лидеров своих подходов. И весит такой диплом куда больше чем любой "гособразца" от "серьезного вуза с лицензией". Если уж начистоту, то психфаки 2/3 отечественных вузов выпускают совершенно некачественных психологов, хотя все "дипломы" у них правильные. И эти вот люди предлагают меня лицензировать, угу, и рассказывать про дипломы и корочки. При этом, очевидно, что корочка с подписью условного Лэнгле будет весить меньше чем корочка какого-нибудь заборостроительного ГУ (но там все правильно, государственно и с лицензией).
И понятно в чьих это интересах.
И откровенно говоря корочка ВЕИП весит побольше корочки СимфГУ. Уж простите.
>. С низкими академическими именно базовыми знаниями по психологии.>
Ой, можно подумать выпускники ВУЗов имеют высокие академические знания по психологии =)))) даже люди с кандидатскими корочками зачастую. Как говорится, плавали, знаем.
Я выше свое мнение об этой попытке регламентации высказал. НО! Если уж о ней говорить, то, повторюсь, надо начинать с ДПО, которое и приносит основной доход ( более 20-ти лет им занимался :) ). Просто не надо путать повышение квалификации (например, курс того же Лэнгли) с формальными требованиями. Если брать какие-то международные стандарты, то в нормальных странах есть "маркер" - может специалист работать по медстраховке или нет, примут ли его на работу в какую-то организацию, что нужно для разрешения частной практики именно под "брендом" психотерапевт и т.д. Подчеркиваю, речь не о качестве, а о формальных требованиях (критериях).
, чтобы комментировать
Кирилл Сергеевич, Илья Львович, отвечу прямо, без заигрываний в альтруизм.
Это выгодно нам. Платформа проЭго - это коммерческая компания. Мы вложили огромные ресурсы в инфраструктуру, которая объединяет тысячи клиентов и специалистов. И мы не собираемся извиняться за то, что защищаем свой бизнес. Наш успех напрямую зависит от того, чтобы частнопрактикующий психолог в России чувствовал себя свободно, работал легально и не был задавлен неадекватными государственными требованиями. Если завтра индустрию загонят в рамки медицинского лицензирования или заставят всех платить огромные взносы в СРО - частная практика умрет. А вместе с ней рухнет и наш бизнес.
Наши интересы здесь полностью совпадают с интересами любого независимого частного практика: сохранить профессию и возможность нормально работать. Мы лоббируем эту цифровую модель не потому, что хотим стать «регулятором с полосатой палочкой» (мы провайдер технологий, а не надсмотрщик). Мы предлагаем ее, потому что это единственный рабочий способ отбить у государственной машины желание регулировать рынок запретительными мерами.
Отрицать законодательный маховик бессмысленно. Внимание государства к рынку психологических услуг (как к финансово емкому и социально чувствительному) - это свершившийся факт, а закон о платформенной экономике уже действует. Мы можем сделать вид, что ничего не происходит. Но прагматичнее выйти к регулятору с готовой, адекватной технологичной архитектурой, пока нам всем не спустили сверху ГОСТы. Именно поэтому мы официально обратились к С.В. Авксентьевой с предложением войти в рабочую группу чтобы голос бизнеса и тысяч частных специалистов прозвучал там, где сейчас пишутся правила нашей работы.
Да это все понятно. Просто здесь два разных вопроса. Правила (регламентация) работы платформы (по сути, маркетплейса) и допуска специалистов к этой деятельности. А здесь вопрос о регламентации деятельности специалистов (кто имеет на нее право и под каким названием) первичен, а уж какие инструменты или формы (платформа, мессенджеры. соцсети и т.д.) используются - вторичен.
, чтобы комментировать
Павел Юрьевич, Илья Викторович, давайте говорить на языке реалий.
Никто не пытается принудительно загнать частных практиков на IT-платформы. Аналоговая практика в личном кабинете - это основа профессии, она была и будет. Но когда государство приходит с требованием тотальной верификации специалистов (а этот процесс уже запущен), у индустрии остается два пути. Первый - заставить каждого психолога бегать с бумажками, платить взносы и стоять в очередях в МФЦ и тп. Второй - переложить эту на IT-бизнес.
Да, платформы вроде нашей зарабатывают на организации терапевтического процесса. Но взамен мы инвестируем свои средства в интеграцию с ФРДО и автоматический лог супервизий. Для специалиста это бесплатно, так как эти расходы берет на себя IT-инфраструктура. Мы делаем это, чтобы снять головную боль со специалистов и оставить им время для работы с клиентами. Специалист или клиент голосует за платформу рублем, никакой закон не заставит проводить психотерапию онлайн или на какой-то конкретной платформе.
Что касается приватности и страха утечек: технически мы предлагаем передавать исключительно обезличенные логи о статусе специалиста (например, факт прохождения супервизии). Мы как бизнес заинтересованы в строжайшей тайне терапии даже больше, чем государство, потому что любая утечка данных — это моментальная смерть репутации и компании.
, чтобы комментировать
Юлия Александровна, спасибо за этот честный взгляд из университетской аудитории. Вы правы, и полагаться исключительно на формальные законодательные фильтры в текущих реалиях было бы слишком самонадеянно.
Любая образовательная система в идеале должна ориентироваться на выпуск качественного «продукта» - квалифицированного специалиста, способного удовлетворить реальный спрос. Но мы на платформе ежедневно сталкиваемся с тем, что ни дипломы гособразца какой бы вес они не имели, ни веер сертификатов сами по себе не гарантируют профессионализма. Это подтверждает и дискуссия коллег выше: бумага не лечит.
Мы как IT-бизнес работаем на клиента и обязаны предоставить ему компетентного, зрелого и безопасного специалиста. Наша внутренняя статистика такова, что допуск к практике на proEgo получают около 1% от всех подавших заявки. Причина кроется именно в том, о чем Вы пишете. На этапе скрининга мы регулярно выявляем поддельные дипломы, сфабрикованные подтверждения супервизий и пугающее отсутствие понимания базовых основ психологии, которое вскрывается при тестировании или на онлайн-интервью.
Мы не питаем иллюзий, что наша модель или новый закон мгновенно исправят качество образования на рынке. Но наша задача - выстроить такой многоступенчатый инфраструктурный барьер, через который «специалисты» с двухмесячными курсами просто не смогут просочиться к клиенту. Мы не можем запретить им учиться или выдавать себе дипломы, но в наших силах сделать так, чтобы реальный доступ к практике и деньгам клиентов получали только те, кто может доказать свою квалификацию на деле, а не только на бумаге.
, чтобы комментировать
Валерий Михайлович, здравствуйте! Благодарю за предметные вопросы. Вы правы, для многих психологов это пока неизведанная территория, но сами правовые инструменты для ее освоения уже давно существуют и хорошо работают в других сферах.
Отвечу по порядку, как мы это видим с позиции бизнеса и права.
1. О законности, Минюсте и аналогии с медициной
Нам не нужно ждать специальных разрешений Минюста или изобретать новый правовой механизм. Страхование профессиональной ответственности уже регламентировано Гражданским кодексом РФ (ст. 931 и 932). По такому же принципу свою ответственность перед клиентами сейчас в обязательном порядке страхуют нотариусы, аудиторы, оценщики и арбитражные управляющие. Выдавать такие полисы будут обычные коммерческие страховые компании, имеющие лицензию ЦБ РФ. Это абсолютно законный, рыночный и надежный инструмент.
2. Стоимость и сроки
Полис оформляется как стандартная страховка - на 1 год. По предварительным оценкам и нашему общению со страховщиками, полис для психолога с лимитом покрытия 1,5-2 млн. рублей обойдется примерно в 5–8 тысяч рублей в год. Для специалиста это цена одной-двух консультаций.
3. Как полис защищает практикующего психолога
Представьте, что вы столкнулись с потребительским экстремизмом. Клиент подает на вас в суд, заявляет, что терапия нанесла ему моральный вред, и требует компенсацию в миллион рублей. Если вы работаете без страховки, вам придется за свой счет нанимать юристов, тратить нервы на судебные заседания и, в случае проигрыша, расплачиваться личным имуществом.
Если у вас есть полис, в игру вступает страховая компания. В суде вас защищают профильные корпоративные юристы страховщика (поскольку они не хотят расставаться со своими деньгами). Если суд все же обязывает выплатить ущерб клиенту - эту сумму платит страховая компания, а не вы. Психолог сохраняет свою практику, деньги и нервы.
4. Как полис защищает сообщество
Страхование - это персональная ответственность. В отличие от общих компенсационных фондов СРО, где «все скидываются за ошибки одного», здесь каждый отвечает только за себя. Работаешь чисто и этично - платишь минимальный тариф. Получаешь судебные иски - твой личный страховой коэффициент растет. Это формирует здоровую конкуренцию и очищает рынок от шарлатанов лучше любых чиновничьих запретов. Страховые компании просто откажутся страховать тех, кто работает вне законодательных рамок, так как это высокие риски. Но, чтобы этот инструмент защиты работал, "рамки" должны быть!
Как бизнес, мы прямо заинтересованы в массовом внедрении этого инструмента. Он позволит нашим специалистам работать в безопасности, клиентам - иметь гарантии, а государству - видеть прозрачный и цивилизованный рынок.
Уважаемая Дана Владимировна!
Спасибо Вам за прямые, четкие ответы на мои вопросы.
По моему, Вы полностью владеете данной проблемой, что видно из ответов.
Путь тернист, но его надо пройти(+++
Я имею ввиду обсуждение данного вопроса в психологической среде.
С уважением, Валерий Михайлович.
Валерий Михайлович, благодарю Вас за обратную связь и поддержку!
Вы абсолютно правы, трансформация устоявшегося рынка всегда сопровождается сопротивлением, и этот путь не будет простым. Однако именно через открытое, пусть и сложное, обсуждение внутри сообщества мы сможем выработать правила, которые будут защищать специалистов, а не ограничивать их. Рада, что мы смотрим в одном направлении. Будем работать дальше.
С уважением, Дана Янсон
Прежде всего страховая будет определять понятие страхового случая.
Определять что такое вред.
Российские суды крайне редко присуждают моральный вред, особенно без материального. 1 млн. руб. с психолога - это крайне редкий случай.
Я таких в судебной практике не знаю.
Может ссылку на дело приведете, где клиент с психолога получил 1 млн. руб. морального вреда?
Вы занимаетесь профонацией, защищаете психологов от вымышленных угроз.
5-8 тыс. за стороховку, еще за личную терапию, супервизию и т. д. - и знаете, набигает уже реально большая сумма.
Ваше предложение страхования отвественности без понимания, что такое ущерб и что в конечном случае будет сраховаться - это попытка защитить от мифических угроз.
, чтобы комментировать
Коллеги, благодарю всех за живую, острую и очень показательную дискуссию. Я внимательно прочитала все комментарии и хочу закрыть накопившиеся кривотолки и перевести наш разговор в конструктивное русло.
1. О монополизации рынка платформами
В комментариях (и не только к этой статье) не раз звучал страх, что модель цифровых СРО - это способ загнать всех независимых специалистов на IT-платформы. Будем реалистами, никакой закон не запретит вести частную практику самостоятельно. Платформы - это не кабала, это инструмент и бизнес. Клиенты идут туда за гарантиями и удобством, а специалисты - за снятием рутины и защитой. Выбор всегда остается: работать через платформу, делегировав ей часть бизнес-процессов, или вести практику полностью самостоятельно, неся все юридические и маркетинговые издержки в одиночку.
2. О «меньшем из зол» и неизбежности регулирования
Многие восприняли мою позицию как попытку навязать контроль там, где он не нужен. Но иллюзия того, что рынок можно «оставить как есть», опасна. В Госдуме уже рассматриваются законопроекты. Выбор, перед которым мы стоим - это не «регулировать или нет», а «КТО и КАК будет нас регулировать». Изучите опыт соседних стран, мы можем получить жесткую, архаичную государственную вертикаль с запретами, а можем сами предложить государству рабочую, современную модель саморегулирования. Моя статья - это призыв к проактивности, а не к капитуляции.
3. О страховании ответственности и «потребительском экстремизме»
Многие не понимают, как можно застраховать «ущерб психике». Посмотрите на опыт ЕС: страховка там оценивает не эмоции клиента, а соблюдение специалистом профессиональных стандартов и этического кодекса (отсутствие двойных отношений, соблюдение конфиденциальности, работа в рамках компетенций).
Чтобы эта система (и страхование, и СРО) заработала во благо психологов, а не против нас, рынку необходим фундамент.
Я предлагаю перестать тратить энергию на отрицание неизбежного. Государство в любом случае придет на этот рынок. Наша задача сейчас - объединить усилия и сформулировать те самые профессиональные стандарты, которые сделают нашу работу цивилизованной, безопасной для клиентов и юридически защищенной для нас самих.
Давайте работать над правилами игры, пока их не написали за нас.
1. Ваша задача, как платформы, приводить клиентов к психологу. Заниматься маркетингом и организацией он лайн работы. Все остальное уже не ваша задача.
2. Прежде. чем регулировать что-то, нужно понять:
- что регулировать
- зачем регулировать
На эти вопросы вы так и не ответили.
Чтобы ответить на них надо определить хотя бы некоторые понятия:
- Что такое качественная психологическая сессия? Является результат обязательным условием качества псих сессии? Если нет, то сейчас все уже отрегулировано.
- Что такое вред, который наносится психологом?
3. На текущий момент не определено, что страхуется.
Если клиент считает, что психотерапия не качественная или были допущены нарушения. Клиент может доказать и провести экспертизу, то его позиция в суде будет выигрышной. Судебные прициденты уже существуют, дело Григорян.
, чтобы комментировать
Александр Иванович, здравствуйте.
Благодарю за Ваши комментарии. Вы поднимаете вопросы, которые действительно волнуют многих специалистов, однако Ваша аргументация опирается на устаревшее понимание рынка и игнорирует текущие технологические и правовые реалии.
Отвечу по порядку на оба Ваши сообщения.
1. О роли современных платформ
Вы утверждаете, что задача платформы - исключительно приводить клиентов и заниматься маркетингом, а всё остальное - «уже не ваша задача». Это в корне неверное представление о современной цифровой экономике. Платформы давно перестали быть просто досками объявлений.
Во-первых, в рамках развития законодательства о платформенной экономике верификация исполнителя уже ложится на плечи платформ.
Во-вторых, такие цифровые экосистемы, как proEgo, предоставляют специалистам и клиентам сложную инфраструктуру: защищенные шифрованные контуры для проведения видеосессий (что критически важно для сохранения тайны и защиты персональных данных по ФЗ-152), автоматизированный лог супервизий и юридическое сопровождение. Маркетинг — лишь часть нашей работы. Главная задача — обеспечение безопасной и прозрачной среды.
2. О «мифических» угрозах и самопротиворечии
В первом комментарии Вы обвиняете меня в профанации и защите от «вымышленных угроз», заявляя, что суды крайне редко присуждают компенсации. Однако в следующем же сообщении Вы сами приводите в пример «дело Григорян», подтверждая, что судебные прецеденты существуют и позиция клиента может быть выигрышной.
Именно об этом я и пишу. Угрозы реальны, и суды уже идут. Главная ценность страхования профессиональной ответственности заключается не только в самой выплате. Если на психолога подает иск недовольный клиент (в том числе из-за потребительского экстремизма), защищать специалиста в суде будут профессиональные корпоративные юристы страховой компании. Это реальная защита ваших нервов, времени и личных финансов.
3. О понимании вреда и качества услуг
Вы задаете вопросы о том, что такое качественная сессия, обязателен ли результат и что такое вред. В статье и в ответах коллегам выше я четко обозначаю нашу позицию. Мы не гарантируем результат (изменить человека за одну сессию невозможно), мы регламентируем процесс в рамках возмездного оказания услуг (Глава 39 ГК РФ).
Качественная услуга — это работа в рамках заявленных компетенций и соблюдение этического кодекса. Вред — это не абстрактные эмоции. Это конкретные нарушения: разглашение тайны, вступление в двойные отношения, грубое нарушение границ или финансовый ущерб, причиненный клиенту. В мировой практике именно такие нарушения формируют понятие страхового случая.
4. О финансовой нагрузке
Вы жалуетесь, что полис за 5–8 тысяч рублей в год - это «реально большая сумма». Давайте будем объективны: 5–8 тысяч в год — это стоимость одной или двух консультаций у большинства специалистов.
Я предлагаю этот инструмент как недорогую рыночную альтернативу тем жестким мерам, которые сейчас обсуждаются в Госдуме. Если индустрию обяжут вступать в классические СРО с принудительными многотысячными взносами в «компенсационные фонды», финансовая нагрузка на частных практиков будет несоизмеримо выше. Полис — это дешевый и эффективный барьер от государственного бюрократического регулирования и неподъемных взносов.
Моя цель — предложить рабочую, современную архитектуру защиты профессии. Законы в любом случае будут приняты. И нам нужно решить: либо мы сами формируем цивилизованные и недорогие правила работы, либо дожидаемся, когда нас загонят в жесткую государственную вертикаль.
1. Верифицировать исполнителя это ваша задача. Странно ее упоминать.
По пункту 2 - ваш контур вайбкодится за несколько недель. Claude сделает вполне на приличном уровне.
Я свою систему реализовал неспеша за несколько недель на личном сервере.
Так что здесь тоже такое себе решение. Готовые платформы есть и их можно использовать. На вайбить что-то подходящее, нет проблем.
2. Дело Григорян вы не разбирали?.
И это дело одно и процент таких дел довольно мизерный. И такие дела можно игнорировать.
Но Дело Григорян я привел в качестве того, что клиент может защищать себя с текущим уровнем регулирования. И это не противоречие, а подтверждение низкого кол-ва дел. Прежде, чем проводить анализ - хорошо сделать разбор юридической практики. Те, кто стремится регулировать, обещают это сделать - но не делают.
- защищать специалиста в суде будут профессиональные корпоративные юристы страховой компании
Какие юристы? За бесплатно?
Защищать в суде психолог будете себя со своим юристом самостоятельно и за свои деньги. Юристы страховой компании будут защищать свою компанию и ее выгоду, а ни как не психолога или клиента.
Страховая оплатит реальный вред, который был определен и постарается его снизить.
3. Мы не гарантируем результат (изменить человека за одну сессию невозможно)
Если вы не гарантируете результат. То для регулирования деятельности психологов есть все нужное: ГК РФ и закон о правах потребителей. И дополнительных регулирующих законов не нужно. Зачем?
В деле Григорян чем страховка Григорян поможет?
Не что-то абстрактное, а вполне реальное.
4. У меня есть куда потратить 5-8 тысяч рублей, нежели тратить на непонятную и бесполезную услугу.
Тем более у меня прописано в оферте возможность возврата денежных средств за последнюю проведенную сессию и завершение работы.
Александр Иванович, Ваши тезисы демонстрируют опасное для практикующего специалиста непонимание корпоративной инфраструктуры и базовых принципов права. Давайте разберем Ваши утверждения по фактам.
1. О «самописных» серверах и коде от нейросетей.
Сборка скрипта через нейросеть для личного сервера и создание промышленной цифровой платформы - это юридически и технически разные вселенные. То, что вы называете «контуром», развернутым за пару недель - это любительский проект. Платформы уровня proEgo - это отказоустойчивая архитектура, выдерживающая высокие нагрузки, с балансировкой мощностей, постоянным мониторингом уязвимостей и регулярным независимым аудитом кибербезопасности. Мы обеспечиваем официальную интеграцию с государственными структурами и банками не только в РФ, но и в странах СНГ и ЕС. Наш контур отвечает жестким требованиям российского законодательства (в частности, 152-ФЗ) и строгим мировым стандартам по хранению данных «особой категории» в изолированных шифрованных средах. Этим непрерывно занимается целый штат профильных инженеров, тестировщиков и специалистов по информационной безопасности. Если Ваш личный сервер, сгенерированный искусственным интеллектом, будет взломан и транскрипты сессий ваших клиентов утекут в сеть, Вы понесете не просто репутационную, а прямую юридическую и финансовую ответственность. Корпоративная безопасность не делается «на коленке».
2. О юристах страховых компаний и «мизерном» проценте дел
Игнорировать судебные риски из-за их редкости - провальная стратегия. Для уничтожения карьеры и личного банкротства достаточно одного иска.
Вы фундаментально не понимаете, как работает страхование профессиональной ответственности. Страховая компания предоставляет своих юристов именно для того, чтобы защищать Вас, и делает это в рамках оплаченного полиса. Логика максимально прагматична: если суд признает Вас виновным, выплачивать компенсацию клиенту придется из кармана страховой компании. Их прямая финансовая выгода - доказать в суде Вашу невиновность, разбить доводы истца, защитить Ваш договор с клиентом и не допустить страховой выплаты.
3. О Гражданском кодексе РФ, новых законах и прецедентах
Вы пытаетесь спорить с тезисом, который мы сами же и выдвинули: мы прямо пишем в статье, что рынок коммерческих консультаций должен опираться на Гражданский кодекс и закон о защите прав потребителей. Проблема в том, что государство (через законопроекты, рассматриваемые в Госдуме) прямо сейчас пытается эту конструкцию сломать, загнав всех в жесткие рамки лицензирования и принудительных саморегулируемых организаций.
Как бы помогла страховка в упомянутом вами деле? Очень просто: она бы полностью покрыла расходы на профессиональных юристов для специалиста в ходе многомесячных разбирательств, а в случае проигрыша - выплатила бы назначенную судом компенсацию вместо того, чтобы специалист расплачивался личным имуществом.
4. О возврате денег за сессию и стоимости полиса
Ваш пункт в оферте о возврате средств за одну последнюю сессию защищает Вас от мелкого недовольства, но он абсолютно бессилен против судебного иска о возмещении долгосрочного морального или материального ущерба.
Полис за 5–8 тысяч рублей в год - это базовый инструмент управления рисками, принятый во всем цивилизованном мире. Если для вас это «бесполезная трата», то будьте готовы к тому, что альтернативой, которую спустит сверху государство в новых законах, станут обязательные безвозвратные взносы в компенсационные фонды саморегулируемых организаций, размер которых будет несоизмеримо выше стоимости страховки. Страхование - это не побор, это Ваша финансовая броня от грубого государственного регулирования и потребительского экстремизма.
, чтобы комментировать
1. Если вы не поставляете клиентов, мне ваша платформа не нужна.
Я могу уйти на свою платформу, которая также отлично защищена. И я не конкурирую с вами и не создаю цифровую платформу.
Для моей работы - это оптимальное решение.
Клиенты и удобство использования инфраструктурой - это ваше конкурентное преимущество.
Если вы создаете проблемы психологу, то вы психологу не нужны.
Психолог зарабатывает деньги на консультациях.
Если нет консультаций, то какой бы вы крутой платформой не были, вы в принципе психологу не нужны.
2. Это уже смешно. Юристы страховой будут работать только на страховую.
Мало того, вот если вы принесете этический кодекс в страховую компанию, она вам откажет в заключении договора.
Страховая будет прописывать в страховом полисе конкретные пункты и риски. И все, что вне этого клиент страховой оплачивает сам.
3. она бы полностью покрыла расходы на профессиональных юристов для специалиста в ходе многомесячных разбирательств, а в случае проигрыша
Только в ваших личных фантазиях. Еще раз страховая будет страховать только конкретный вред, а не нарушение мифического этического кодекса, который у каждой модальности свой.
Кстати суд в деле Григорян признал, что результат от работы психолога тоже имеет место. И если его нет, то консультации признаются не качественными.
Мало того, психолог должен объяснить, как он работал с клиентом.
Дело Григорян можно долго и интересно обсуждать. Ни одна страховая не застрахует психолога от таких рисков.
4. Страховая страхует конкретный риск. А не все, что в голову придет психологу или клиенту или законодателю.
И заканчивайте уже с Chat GPT, мы начинаем ходить по кругу. Видимо, вы со своей ИИ-кой живете в каком-то своем мире.
"И заканчивайте уже с Chat GPT, мы начинаем ходить по кругу. Видимо, вы со своей ИИ-кой живете в каком-то своем мире."
Спасибо! Ибо ну сколько уж можно всей веткой разговаривать с роботом
, чтобы комментировать
Александр Иванович, использование ИИ в технологическом бизнесе — это современный стандарт работы с массивами информации. Нейросети помогают объективно анализировать и структурировать данные, исключая эмоциональные искажения. В профессиональной дискуссии всем нам крайне полезно опираться именно на сухую логику и факты.
Перейдем к фактам
1. О разнице между личным сервером и цифровой инфраструктурой
Написать код для частного кабинета действительно можно за несколько недель. Но масштабная цифровая платформа решает задачи принципиально иного уровня. Для специалиста качественная платформа это не просто маркетинг, это делегирование рисков.
2. О механике работы юристов страховой компании
Есть распространенное заблуждение о полисах профессиональной ответственности (страхование от ошибок и упущений). В корпоративной практике такой договор включает жесткую «обязанность защиты». Страховая компания выставляет своих профильных юристов для защиты специалиста в суде именно потому, что в случае проигрыша выплачивать компенсации истцу придется из бюджета страховщика. Защищая психолога в суде, компания защищает свои собственные финансы - это рыночный прагматизм.
3. О судебной практике и гарантиях результата
Вы обращаете внимание на дело, как на судебный прецедент. Не смотря на то, что в российской правовой системе официально нет прецедентного права, практика показывает, что суды признают услугу некачественной (из-за «отсутствия результата») чаще всего тогда, когда специалист работает без грамотной оферты, опирающейся на статью 779 Гражданского кодекса РФ, или имеет неосторожность юридически гарантировать жизненные изменения клиента.
4. 3. Об этических кодексах и нормативной базе
Вы затронули важную проблему: сейчас этические кодексы действительно разрознены и у каждой модальности они свои. Вы правы суд и страховая компания не могут опираться на философские тексты или правила. Им нужны четкие правовые дефиниции. Поэтому мы и выступаем за создание единой нормативной базы. Базовые принципы (конфиденциальность, запрет на двойные отношения, границы компетенций) должны быть переведены с языка абстрактной этики на язык права. На цифровых платформах это уже реализовано: универсальные нормы вшиты в договор (оферту). Страховая компания страхует не философский акт, а соблюдение конкретных условий договора и требований Гражданского кодекса.
Инфраструктура цифровых площадок выстраивается юристами так, чтобы изначально пресечь возможность потребительского экстремизма. А полис покрывает уже иные, конкретные риски: непреднамеренные ошибки, нарушение конфиденциальности или неверное применение методик.
Повторюсь, регулирование отрасли это объективный процесс, который уже запущен государством. Наша общая задача сейчас не отрицать изменения, а предложить правовую и технологическую базу, которая позволит специалистам безопасно продолжать частную практику, избежав административных барьеров.
Дана, соглашусь с Александром в той части, что хотелось бы ваших живых ответов. Сгенерированный текст заметен легко. Одно дело, когда нейросеть используется для анализа текста законопроекта, к примеру. И другое дело в такой неравнозначной по вкладу дискуссии.
Что касается цифровых площадок и агрегаторов. Прямо сейчас многие агрегаторы уже сформировали и продолжают формировать у работающих на них психологов зависимость от себя. Например, придумывая для своих этических кодексов манипулятивные, по сути, правила навроде того, что специалист должен удалить во всем интернете все отзывы о себе за весь период своей работы, а не только со времени присоединения к агрегатору. Или, например, агрегаторы, которые забирают себе больший процент из суммы, которую платит клиент, а налоговое брема за всю сумму (а не только за часть, которую получает сам психолог) полностью перекладывают на самого психолога. И много других свойств перерождение в циничный бизнес и попирания правил и глубинного смысла терапии. Я считаю, что именно поэтому один агрегатор не может претендовать на то, чтобы стать регулятором для всех. Всегда будет перерождение в злокачественного монополиста и постепенное насаждение диктанта своих правил, где бог этих правил - выгода. То, что вы писали выше про защиту данных как дело чести для регулятора и прочее - это гладкость на бумаге. В условиях РФ данные утекают. Проверяю это на себе после каждого похода в гос и ли частный медсектор или за любой услугой из сферы услуг.
Дана Владимировна, гораздо удобнее для всех было бы, если бы ваши ответы собеседникам оставлялись в их тредах, а не плодили кучу новых. Или это сознательная стратегия "отрыва" от сложных вопросов?
Нейросети используют, это верно. Для анализа и редактирования. Но генерировать ими ответы собеседникам считается среди большинства психологов дурным тоном, также как генерация ответов клиентам (скажем, на вашей платформе).
Что касается ваших выгод, то они вполне понятны: получение монополии засчет "уникальных условий тендера" по профилю платформы, 8% оборота со всех сессий через ваш сайт, 5-8 тысяч страховка, плюс доп. услуги. И 50% стоимости в карман ProEgo с сессий за предоставленных клиентов.
Неплохой бизнес-план!
Павел Юрьевич, принимаю Вашу реплику по поводу тональности. Когда управляешь технологической компанией и параллельно держишь в фокусе десятки юридических документов, профессиональная привычка формулировать тезисы предельно структурировано и емко действительно может со стороны казаться сгенерированной ИИ. Давайте по-живому, без канцеляризмов, ошибками и опечатками.
Всё что вы перечислили манипулятивные запреты агрегаторов, скрытое перекладывание налога со всей суммы чека на самозанятого психолога при огромной комиссии сервиса, превращение профессии в конвейер - это реальность текущего дикого рынка. Это модель классических маркетплейсов лидов, и я отношусь к ней с точно таким же профессиональным отторжением, как и вы.
Но в чем суть? Именно отсутствие четких законодательных правил позволяет таким "монополистам" диктовать условия.
проЭго не претендует на роль «единого регулятора». Платформа - это технологический провайдер, а не министерство. Модель, которую мы предлагаем регуляторам, это открытый стандарт для любой цифровой системы (будь то проЭго, Яндекс или профессиональная ассоциация), которая обязана соблюдать прозрачные правила: не удерживать психолога силой, не манипулировать его профессиональным следом и не навязывать кабальные условия. Регулирование должно ограничить произвол, а не узаконить его.
Про утечки данных. Согласна, то как персональные данные защищены в РФ сейчас в большинстве клиник и сервисов позволяет практически безнаказанно допускать утечки. Базы хранятся в открытом виде в стандартных коммерческих базах данных, откуда их без труда достает любой недобросовестный сотрудник. Но вывод из этого должен быть не в том чтобы смириться и ничего не делать, а переходить на принципиально иную архитектуру. Когда мы говорим про изоляцию и шифрование данных особой категории по международным протоколам то речь идет о деперсонализации, когда ключ дешифровки технически отделен от данных клиента. Даже при физическом изъятии или взломе сервера получить связку ФИО запись сессии невозможно. Это сложная и дорогая разработка, но для ментального здоровья это единственный допустимый путь.
Мы с вами говорим об одном и том же риске: риске превращения профессии в бесправный придаток монополий. Разница лишь в том, что я не верю, что проблему монополий можно решить игнорированием законов. Если сообщество не выставит государству и бизнесу свои встречные структурированные требования, монополисты действительно подомнут рынок под себя.
Илья Викторович, отвечаю прямо в вашей ветке. никакой стратегии «ухода от вопросов» здесь нет, я часто отвечаю с мобильного и мне удобнее создать комментарий, чем ответить и затем отслеживать все ветки.
Что касается Вашего тезиса о «бизнес-плане», если бы нарисованная Вами картина имела отношение к реальности, я бы сама первой выступила против такой инициативы. Но давайте разберем цифры, которые вы привели:
«5–8 тысяч за страховку в карман proEgo». Платформа проЭго это IT-компания, а не страховщик. Полис профессиональной ответственности оформляется и оплачивается напрямую в лицензированную Центробанком страховую компанию (точно так же, как нотариусы или оценщики страхуют свою практику). Платформа с этих денег не получает ни копейки. Наша цель чтобы в случае судебной претензии или потребительского экстремизма психолога защищали юристы страховой компании, а не он в одиночку прекращая практику занимался тяжбами.
«50% стоимости сессий за предоставленных клиентов и 8% с оборота». Вы описываете грабительские механики устаревших маркетплейсов, от которых сообщество сейчас справедливо стонет. проЭго не выстраивает бизнес на выкручивании рук психологам и драконовских комиссиях. Наша задача — предоставить защищенную цифровую инфраструктуру, а не отбирать половину чека у человека, который зарабатывает своим трудом. Если Вы обратите внимание на условия опубликованные на проЭго, то для Вас станет очевидно:
- 8% комиссия сервиса проЭго для своей частной практики, которые включает в себя пользование всем инструментарием платформы (ИИ-ассистент, международный эквайринг, автоматизация выплат и документооборота, CRM-система, специализированная видеосвязь, чат и защита данных по всем требованиям ФЗ-152).
- если специалист желает получать новых клиентов от платформы, а не только работать со своими, то комиссия 30%.
- только за групповой формат работы с клиентами платформы специалист уплачивает повышенную комиссию. но как мы прекрасно знаем, групповой формат не только самый прибыльный, но и самый сложный по привлечению, созданию и удержанию.
«Уникальные условия тендера и монополия». Законодательные инициативы, в обсуждении которых мы участвуем, не содержат и не могут содержать эксклюзива для проЭго. Статус оператора платформы по закону сможет получить любой сервис, который готов инвестировать в сквозное шифрование данных, аудит безопасности и интеграцию с государственными реестрами.
А по поводу «дурного тона» и генерации текста, когда привычку писать грамотно, без воды и опираясь на нормативную базу принимают за алгоритмы нейросетей, для человека из IT-сферы это скорее комплимент. Но за каждым тезисом здесь стоит моя личная позиция, основанная на разработке продукта и понимании юридической архитектуры рынка.
Готова обсуждать в комментариях реальные цифры и законы дальше без придуманных процентов и мифических монополий.
Спасибо, что в треде.
Вы обвиняете меня во лжи? На каком основании?
Читаю на вашем сайте, комиссия 8-30-40-50%. Я все правильно написал.
Получается, ваш маркетплейс "устаревший", а механики "грабительские"?
Плюс остальные деньги, что пойдут на супервизии на вашем сайте (а то мы не видели устройство агрегаторов, часто их делают обязательными, как и "повышение квалификации" внутри платформы").
"не отбирать половину чека у человека, который зарабатывает своим труд"
- по факту, именно это и получится, процентов 25-40.
Продажа (навязывание?) услуг комплексным пакетом, опираясь на требование закона, который сейчас лоббируете.
"когда привычку писать грамотно, принимают за алгоритмы нейросетей, для человека из IT-сферы это скорее комплимент. Но за каждым тезисом"
- я не утверждаю, что каждый ваш комментарий состоит из чистой генерации. Но во многих даже структура ответа не изменена, нет даже первичной шлифовки. Как ИИ выдал, так и вставили. И это не субъективное впечатление, читатели ПГ умеют пользоваться ИИ для анализа и ии- детекторами. И нейросети относят многие ваши ответы к сгенерированным. Собственно, вы и не отрицали, что широко используете это. Могу понять, это удобно и быстро, выдавать компетентный текст, исчерпывающе подавляющий все аргументы оппонентов. Поверьте, мы можем выдать точно такие же "экспертные" простыни. С противоположными оценками предлагаемых инициатив.
"Отмена со стороны клиента: при отмене бронирования более чем за 24 часа до начала клиенту оформляется полный возврат средств. При отмене менее чем за 24 часа или неявке оплата не возвращается, услуга считается оказанной."
- интересно, как вы собираетесь доказывать законность таких действий, потребитель имеет по закону право отказаться от услуги, тем более, не оказанной.
Илья Викторович, спасибо, что обратились к первоисточнику - тексту условий проЭго. Однако чтение регламента требует внимания к юридическим и экономическим деталям, иначе возникают искажения, вводящие коллег в заблуждение.
Сопоставлю Ваши выводы с реальным текстом документа
1. О комиссиях и математике групповой работы
Вы снова пытаетесь сложить разные форматы в одну цифру
За работу со своими клиентами специалист выплачивает платформе фиксированные 8% (за полный комплекс: защищенный видеоконтур, международный эквайринг, CRM, автоматизацию и прочее).
За привлечение нового клиента платформы на индивидуальную сессию комиссия составляет 30% (а не 50%, как вы утверждали ранее).
50% удерживается исключительно при работе с большими группами от 7 до 12 человек. Давайте посчитаем простую экономику: если специалист ведет группу из 10 человек с минимальным чеком 1 500 рублей, валовый сбор за 90 минут составляет 15 000 рублей. Психолог за одну полуторачасовую сессию получает 7 500 рублей чистыми. Привлечь, верифицировать, укомплектовать и технически удержать психотерапевтическую группу это колоссальная маркетинговая и организационная работа платформы. Вы всерьез считаете гонорар специалиста в 7 500 рублей за 1,5 часа групповой работы «отбором заработка у человека труда»?
2. О «навязывании» супервизий и курсов
В условиях проЭго прямо зафиксировано: сертификация программ специалистов проводится бесплатно, а участие в профессиональных событиях предоставляется на льготных условиях. Платформа не продает и не навязывает обязательные внутренние часы супервизий. Входной критерий 50 часов супервизий, подтвержденных у любых признанных супервизоров в рамках вашей модальности за годы практики. Додумывать за нас несуществующие поборы не имеет смысла.
3. О правиле 24 часов и Гражданском кодексе РФ
Ваш упрек относительно правил отмены сессий вызывает искреннее удивление.
Правило «отмена менее чем за 24 часа оплачивается» - это фундамент психотерапевтического сеттинга во всем мире, защищающий практикующего специалиста от безответственности клиентов и финансового простоя. Неужели вы сами в личной практике работаете без правила 24 часов и готовы бесплатно сидеть перед экраном, если клиент забыл о встрече?
Что касается правовой стороны:
Заблаговременный отказ клиента (более чем за 24 часа) регулируется ст. 782 ГК РФ и ст. 32 ЗоЗПП - клиенту оформляется полный возврат средств.
Неявка клиента или отмена менее чем за 24 часа прямо подпадает под пункт 2 статьи 781 ГК РФ: «В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме». Специалист выделил рабочее время, платформа зарезервировала серверные мощности защищенного контура, и срыв сессии происходит по вине клиента. Регламент проЭго составлен юристами так, чтобы закон защищал рабочее время психолога, а не обесценивал его.
4. Об аргументах и текстах
Когда по существу правового регулирования, лицензирования и стандартов безопасности возразить нечего, дискуссия закономерно сводится к проверкам на «детекторах нейросетей» и подсчету абзацев.
Регламент проЭго открыт, прозрачен и создан практикующими специалистами для защиты коллег от профессионального выгорания, кабальных комиссий и регуляторного хаоса. Если для кого-то комфортнее работать без правил отмен, без защиты персональных данных и отдавать половину чека непрозрачным агрегаторам это их добровольный выбор. Мы строим цивилизованную альтернативу.
Дана Владимировна, как воспринимать вашу невнимательность? Она может трактоваться собеседником двояко. Я написал о цифре 50% за предоставленных клиентов, и не упоминал об индивидуальных сессиях.
Юридически это промашка или манипуляция, приписывать мне то, чего я не говорил. А вы профессионал и психолог, должны быть чуткими к таким нюансам.
Согласны специалисты на такой формат работы или нет, есть ли у вас реальные клиенты, это не вопрос данного обсуждения; решать будет каждый лично.
Внутренние правила сервиса и оферты вы можете прописывать, согласен. И они могут даже соответствовать принятой практике.
Вопрос был в другом. В юридической их обоснованности и защиты специалистов.
С точки зрения российского законодательства (Гражданского кодекса и Закона «О защите прав потребителей»), ситуация с удержанием денег за отмену сессии менее чем за 24 часа выглядит двояко. Формально удержать всю сумму или назначить жесткий штраф за отмену закон запрещает, но на практике платформа/психолог может законно удержать часть средств в счет компенсации расходов.
Разбор ситуации опирается на конкретные статьи законов РФ.
1. Что говорят законы РФ об отказе от услуг?
Статья 32 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (ЗоЗПП):
> «Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору».
Пункт 1 статьи 782 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ):
> «Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов».
Эти две нормы являются базовыми и императивными (их нельзя отменить никакими внутренними правилами сервиса или договором-офертой). Заказчик (клиент) имеет право отказаться от сессии в любой момент — хоть за 5 минут до её начала.
2. Имеет ли право платформа не возвращать деньги полностью?
Если клиент отменил сессию менее чем за 24 часа, платформа не имеет права присвоить всю сумму в качестве «штрафа» или «пени», так как штрафы за отказ от услуг законом не предусмотрены (возмещение убытков и штрафные санкции за правомерный отказ от исполнения договора противоречат ГК РФ).
Однако ключевой момент кроется в формулировке «фактически понесенные расходы» (ФПР).
Что НЕ может считаться ФПР: Упущенная выгода психолога (то, что он «мог бы заработать» на это время, но не заработал) или абстрактный штраф за нарушение правил сервиса. Психолог не потратил материалы на проведение несостоявшейся сессии.
Что МОЖЕТ считаться ФПР: Если психолог или агрегатор докажут, что из-за этой конкретной отмены они понесли реальные и неизбежные убытки (например, платформа уже перечислила комиссию сторонним платежным шлюзам за транзакцию туда-обратно, которую банк не возвращает, или психолог арендовал кабинет почасово специально под этого клиента и обязан платить арендодателю независимо от того, состоялась сессия или нет).
3. Как работают правила «отмены за 24 часа» на практике и в суде?
Правило 24 часов (или 48 часов) — это стандарт индустрии психологических услуг и агрегаторов (применяется в Ясно, ZigZag, B17 и т.д.). Оно прописывается в пользовательских соглашениях.
С точки зрения юриспруденции:
1. Пункт оффтоп-соглашения о том, что «при отмене менее чем за 24 часа деньги не возвращаются вообще», юридически ничтожен в части конфискации всей суммы, если сервис не докажет, что его фактические расходы составили ровно 100% стоимости сессии.
2. Тем не менее, суды и Роспотребнадзор иногда встают на сторону исполнителей, если условия договора трактуют правило 24 часов как заблаговременную бронь ресурса специалиста, но доказать суду размер реальных расходов при отмене онлайн-консультации психолога крайне сложно (ведь специалист просто освободил час своего времени).
Резюме
Полностью не возвращать деньги (оставлять себе 100% оплаты как штраф) платформа не имеет права в силу ст. 32 ЗоЗПП и ст. 782 ГК РФ.
Клиент всегда может потребовать возврата за вычетом тех самых реальных, документально подтвержденных расходов, которые платформа или психолог понесли именно из-за этой отмены.
Если дело дойдет до суда или досудебной претензии, сервис обязан будет обосновать каждый удержанный рубль не «штрафом за опоздание», а чеками и договорами аренды/эквайринга. На практике из-за небольших сумм судиться мало кто идет, поэтому агрегаторы закладывают это условие в оферту, рассчитывая на незнание законов клиентами.
, чтобы комментировать
1. Я не спорю, ваш сервис для психологов решает другие задачи. Но если он не приносит психологу клиентов, то зачем нужен психологу? Когда тоже самое можно получить практически за меньшие деньги или бесплатно.
2. В деле Григорян суд начислил:
- 1 046 925 ₽ основного долга;
- 500 000 ₽ неустойки;
- 10 000 ₽ морального вреда;
- 778 462,50 ₽ штрафа.
Итого: 2 335 387,50 ₽ без учета судебных расходов/пошлин.
Что будет оплачивать страховая?
Прежде чем отвечать, попробуйте изучить фактическую сторону дела.
Страховка в деле Григорян особо не помогла бы ей.
3. У нас нет прицидентного права, но например, дело Григорян может нам рассказать много того, как суды поступают по факту и принимают решения. В этом деле много интересных моментов, которые суды очень специфично трактуют и создают судебную практику и решения.При этом юристы страховщика не сильно бы помогли Григорян, т. к. решения, которые принимали суд и аппеляция довольно спорные, но при этом очень типичны для нашей судебной системы.
Например, Суд не стал расматривать экспертизу Григорян по поводу экспертизы заявителя только по факту того, что у эксперта Григорян меньше опыта, чем у эксперта заявителя.
- А полис покрывает уже иные, конкретные риски: непреднамеренные ошибки, нарушение конфиденциальности или неверное применение методик.
непреднамеренные ошибки - это какие ошибки?
ни одного дела к психологу о нарушение конфиденциальности я не знаю.
неверное применение методик - что значит неверное применение методик?
Кто будет решать, что методики применялись неверно? Эксперт? На основании чего? У нас где-то есть стандарты методик вылитые в гостах? Каждый специалист добавляет что-то свое :)
См. Дело Григорян. Эксперт ответчика явно привысил в этом деле свои полномочия и сделал не совсем корректные выводы. Но суд их принял, а вот экспертизу Григорян по существу не рассмотрел.
4. Вы не можете создать единый этический кодекс.
Мало того это будет уже не этический кодекс.
Потому что этический кодекс - это живой инструмент и без оценки этических состояний (результатов) не работает и может изменяться для улучшения этических состояний.
Но применение этического кодекса изначально не дает улучшение этических состояний сам по себе.
И к сожалению даже специалисты по этике этого не понимают. А многие путают договорные правила и этику - и это не одно и тоже.
На текущий момент у нас есть:
1. Закон о психиатрической помощи
2. ГК
3. Закон о правах потребителей
И этого достаточно, как показывает судебная практика, чтобы отстаивать интересы потребителей.
Дополнительный закон никак не защитит потребителей услуг, потому что не проясняет дополнительные механизмы защиты потребителей.
Это прафонация.
В сообществе психологов не стоит вопрос потребительского экстремизма.
К психологам на самом деле мало судебных дел. Много разговоров об юридической отвественности и регулировании. Но по факту проблемы нет.
Александр Иванович, рада видеть, что по ряду вопросов наши позиции начинают сближаться. Однако давайте вернем нашу дискуссию в профессиональное русло и не будем заниматься диванной юриспруденцией.
Делать категоричные выводы о квалификации экспертов, правомерности применения методик и действиях суда, опираясь только на резолютивную часть из интернета и не имея доступа к материалам дела непрофессионально. Мы не юристы сторон, чтобы разбирать этот кейс по косточкам. Но сам прецедент, который Вы привели доказывает ровно то, о чем я говорю.
Давайте посмотрим на Ваши же аргументы системно
1. О штрафах и страховке, которая «не помогла бы»
Посмотрите на цифры, которые вы выписали. Из 2,3 млн рублей больше половины (500 т руб. неустойки и >700 т руб. штрафа) это карательные санкции по Закону о защите прав потребителей за то, что спор не был урегулирован в досудебном порядке.
Страховка и корпоративные юристы помогли бы тем, что в принципе не довели бы дело до таких цифр. Юристы гасят подобные конфликты на этапе досудебной претензии, а не ждут, пока суд начислит сверху 50% потребительского штрафа. Механизм страхования профессиональной ответственности хорошо и давно работает у нотариусов, аудиторов, арбитражных управляющих. Нет ни одной объективной причины, почему на психологах этот финансовый и правовой инструмент вдруг должен сломаться.
2. Об этике, экспертах и нормативной базе
Вы пишете: «Кто будет решать, что методики применялись неверно? Эксперт? Суд не стал рассматривать экспертизу только по факту того, что у эксперта меньше опыта».
Александр Иванович Вы сейчас сами озвучили главную проблему отрасли! Пока у нас есть только «живые этические кодексы, которые у всех свои», суды так и будут выносить решения не на основе прозрачных стандартов, а по принципу «чей эксперт оказался авторитетнее». Этика - это философия, суд не может к ней апеллировать.
Именно для этого и нужен профильный закон. Он должен дать судам и юристам четкую нормативную базу и критерии качества услуги, чтобы психолог не зависел от субъективного мнения эксперта.
3. О потребительском экстремизме, которого «нет»
Заявлять, что проблемы нет, приводя в пример дело на 2,3 млн руб - это мягко сказать странно. У нас действительно нет прецедентного права, но у нас есть судебная практика. И она формируется прямо сейчас. Ждать, пока иски станут массовыми, чтобы начать выстраивать правовую защиту - это стратегия, которая будет стоить многим специалистам карьеры и личного имущества.
Наш диалог наглядно показал, можно сколько угодно отрицать реальность, бояться новых законов и верить, что ГК РФ в связке с личным сервером защитят от всех бед. Но государственное регулирование уже на пороге. И когда оно войдет, в выигрыше останутся те, кто опирается на выверенную нормативную базу, юридическую защиту и надежную инфраструктуру.
На этом предлагаю зафиксировать наши позиции. Время и правоприменительная практика расставят всё по местам.
, чтобы комментировать
Уважаемые коллеги, благодарю всех участников, и сторонников, и критиков за проявленную вовлеченность.
Однако настало время отделить эмоции от профессиональной сути.
Пока мы спорим о том, «хорошая ли компания проЭго или Дана Янсон» и «удобно ли отвечать в тредах», реальный регуляторный процесс идет своим чередом.
За время обсуждения тезисов статьи ни один из фундаментальных правовых и экономических аргументов не был предметно опровергнут, и не было предложено ни одной рабочей альтернативы:
* Разграничение «помощи» и «услуги» (ГК РФ + ЗОЗПП). Никто не предложил иного способа вывести коммерческую практику из-под жестких медицинских запретов 323-ФЗ. Либо мы остаемся в рамках Главы 39 ГК РФ, либо отрасль признается квазимедицинской с неизбежным лицензированием каждого кабинета.
* Страхование профессиональной ответственности вместо СРО. Никто из критиков не предложил более дешевого, цивилизованного и рыночного инструмента финансовой защиты клиента. Игнорируя институт персонального страхования ответственности (по образцу нотариусов и аудиторов.
* Легализация термина «немедицинская психотерапия». Это единственный мост, способный юридически легализовать работу тысяч практиков (КПТ, гештальт, психоанализ), не имеющих диплома врача-психиатра.
* Инфраструктурные требования и безопасность данных (152-ФЗ). Иллюзия того, что в 2026 году можно вести онлайн-практику через бытовые мессенджеры и незащищенные каналы, не выдерживает первого же столкновения с проверками регуляторов и реальными рисками утечек. Защищенный контур - это не прихоть платформ, это базовый стандарт цифровой гигиены работы с чувствительными данными клиентов.
Платформа proEgo — это не регулятор, не министерство и не претендент на монополию. Платформы - это коммерческая инфраструктура: специалисты вольны работать через них или вести полностью автономную аналоговую практику в личных кабинетах.
Но правила игры пишутся для всей страны прямо сейчас. Стратегия «спрятаться в домик, не трогайте нас, рынок отрегулирует себя сам»не работает : регулятор уже пришел в индустрию.
Позиция отрицания — это не программа действий. Если предложенная нами двухуровневая модель с опорой на Гражданский кодекс, страхование ответственности и открытые цифровые стандарты кажется сообществу неподходящей — какова ваша юридически выверенная альтернатива?
Критиковать всегда проще, чем создавать. Наша команда продолжит конструктивный диалог с законодателями и профильными рабочими группами, отстаивая право профессионалов на независимую, легальную и защищенную работу. Двери для консолидации и предложений по существу открыты для всех, кто готов работать над текстами законов, а не бороться с ветряными мельницами.
Хватит нас пугать:
1. Каким боком к психологам относится 323-ФЗ непонятно.
Психологи не относятся к медицинским работникам. Кроме медицинских психологов.
2. Вы не привели доводов в пользу страхования или СРО.
Прежде чем рассуждать, нужно провести анализ судебной практики по делам к психологам и выяснить:
- Кол-во дел было к психологам (в качестве ответчика) за последние 5 лет.
- Сколько выигранных и проигранных дел психологами?
- Причины, по которым подавали к психологам в подобных?
- Предмет рассмотрения в подобных делах?
- Какой вред рассматривался в таких делах? И как определялся вред?
И после подробного анализа делать выводы и как решать данных вопрос.
Ваш подход - давайте введем страхование отвественности просто, чтобы было является странным. По факту когда у психолога будут проблемы в суде, никто ни как не поможет.
Вот нет такой проблемы у психологов, а вы ее создаете на пустом месте. Причина тоже надуманная без ясного анализа.
3. Легализация термина «немедицинская психотерапия»
Надуманная причина. Сейчас есть термин Психологическое консультирование. К слову терапия в разных модальностях минздрав не имеет притензий. Хотя это и некоторая серая зона - но она находится в сфере "названий". Можно легко поменять название гештальт-терапевт на гештальт консультанта. Это не требует ни какой легализации.
4. 152-ФЗ не запрещает психологам проводить сессии через мессенджеры.
Вопросы сбору персональных данных решаются через согласие об обработке персональных данных. В случае, если психолог передает данные в другие каналы, то требуется стать ОПД.
А вот у таких платформ, как ваша, есть риск стать ОРИ (№ 97-ФЗ).
Как там конфеденциальность будет поживать?
Ключевые уязвимости и манипулятивные маркеры позиции автора
Лоббирование интересов агрегаторов под видом «заботы о рынке».
Главная претензия комментаторов к материалу заключается в том, что предложенная модель (особенно пункт о закреплении особого статуса «операторов цифровых платформ» и интеграции через них) фактически предлагает монополизировать распределение потоков клиентов. Идея «загнать» практикующих специалистов на жестко регламентированные IT-платформы, которые будут брать свой процент и диктовать условия, выглядит не столько как правовая защита граждан, сколько как передел рынка в пользу крупных агрегаторов за счет независимых частнопрактикующих специалистов.
Игнорирование существующего уровня саморегуляции.
Утверждение о том, что рынок «дикий» и держится на честном слове, игнорирует реальность. Профессиональное сообщество уже давно самоорганизовано: существуют крупные ассоциации (ОППЛ, Ассоциация когнитивно-поведенческой психотерапии и др.), институты супервизии, этические комитеты и многоуровневая система сертификации (включая стандарты EuroPsy). Агрегаторы (Ясно, ZigZag, Alter и др.) уже выстроили жесткие фильтры по проверке дипломов и прохождению интервизий. Предложение автора ввести новые государственно-платформенные барьеры дублирует уже работающие рыночные механизмы, добавляя к ним административный и финансовый побор.
Апелляция к зарубежному опыту с подменой контекста.
Ссылаясь на европейское законодательство (GDPR, EU AI Act) или опыт Казахстана (Закон РК №332-VIII), автор упускает ключевое различие: в Европе регуляторные механизмы встраиваются в прозрачные налоговые и правовые системы при поддержке развитых институтов гражданского общества. В российских реалиях подобные инициативы часто трансформируются в избыточный бюрократический контроль, обязательное членство в дорогостоящих СРО с неясным функционалом и создание административных рент в пользу узкого круга операторов.
Стиль дискуссии и использование ИИ.
Замечания критиков о том, что ответы автора носят манипулятивный характер и генерируются с помощью нейросетей, имеют под собой основания. Характерные для ИI-генерации черты — обтекаемые формулировки, видимость компромисса при жестком отстаивании одной коммерческой линии, игнорирование неудобных вопросов экономистов и юристов о реальной финансовой нагрузке на специалиста — создают у читателей ощущение искусственности диалога. Автор уходит от прямых ответов на возражения о том, кто именно будет оплачивать издержки этой цифровизации (в конечном счете — клиент через рост цен и специалист через снижение маржинальности).
Резюме
Позиция Даны Янсон базируется на актуальной проблеме (отсутствие четкого базового закона о психологической деятельности), но предлагает конъюнктурное решение. Вместо цивилизованного правового признания уже существующих профессиональных стандартов и налоговых режимов (например, самозанятости), предлагается технократическая монополизация рынка в интересах цифровых платформ. Именно это внутреннее противоречие — защита интересов бизнеса под вывеской «заботы о безопасности пациентов» — и вызывает обоснованное сопротивление профессионального сообщества.
Александр Иванович, что ж, давайте разберем Ваши вопросы на языке нормативных актов, чтобы у коллег не возникало опасных правовых иллюзий.
1. Почему 323-ФЗ касается каждого практикующего психотерапевта
Термин «психотерапия» в действующем правовом поле закреплен в Номенклатуре медицинских услуг (Приказ Минздрава России № 804н, принятый во исполнение 323-ФЗ). Юридически любая «психотерапия» сейчас считается медицинской деятельностью, требующей лицензии.
Если специалист без медицинского образования и лицензии клиники открыто называет свои сессии «психотерапией», он де-юре подпадает под ст. 14.1 КоАП РФ или ст. 171 УК РФ (незаконное осуществление медицинской деятельности). Именно эта коллизия держит отрасль в правовом тупике. Предложение «просто переименоваться в консультантов» - это капитуляция перед проблемой. Психотерапия (КПТ, гештальт, психоанализ) - это глубокая многолетняя работа с расстройствами личности и травмой, а не просто «консультация». Легализация термина «немедицинская психотерапия» необходима, чтобы специалисты не были вынуждены работать под чужими вывесками, примечаниями и в постоянном страхе проверок Росздравнадзора.
2. О судебной статистике и превентивной защите
Ждать накопления сотен проигранных дел за пять лет, чтобы признать необходимость финансовой защиты это как покупать огнетушитель после того как дом сгорел. Регуляторы в Госдуме смотрят на растущий объем рынка и громкие судебные иски потребителей. Страхование профессиональной ответственности это не «чтобы было», это проверенный рыночный щит (который десятилетиями защищает нотариусов, аудиторов и оценщиков). Если сообщество отказывается от персонального полиса за несколько тысяч рублей, альтернативой станет навязанное сверху обязательное членство в СРО с взносами в десятки тысяч.
3. О мессенджерах, 152-ФЗ и понятии ОРИ (97-ФЗ)
Использование иностранных мессенджеров для профессиональной работы с чувствительными данными клиентов уже сегодня несет прямые правовые риски в рамках ограничений Федерального закона № 149-ФЗ и требований к локализации баз данных.
Что касается риска стать «ОРИ» (Организатором распространения информации по 97-ФЗ): данный статус распространяется на публичные сервисы обмена сообщениями неограниченного круга пользователей (мессенджеры, соцсети, форумы).
Профессиональная платформа - это закрытая защищенная инфраструктура для проведения индивидуальных или групповых (~до 15 чел) консультаций. Видеоконтур проЭго работает на базе защищенных протоколов со сквозным шифрованием. Платформа физически не ведет потоковую запись аудио- и видео терапевтических сессий, а ключи дешифровки остаются на устройствах участников. В отличие от публичных мессенджеров, где данные циркулируют через сторонние серверы, здесь тайна сессии защищена архитектурно.
На этом юридическую дискуссию считаю исчерпанной. Разница в подходах очевидна, можно уповать на то, что «авось пронесет» и скрываться под термином «консультант», а можно создавать цивилизованную нормативную и технологическую базу, в которой психотерапевт чувствует себя полноправным, защищенным профессионалом.
Илья Викторович, Ваш эксперимент с генерацией текста это отличный повод разобрать, как создается опасная иллюзия «беспристрастной машинной экспертизы».
Алгоритм действительно выдал красивый, обтекаемый текст с умными терминами. Проблема в том, что нейросеть компилирует эти ответы из тех же самых страхов, мифов и юридических заблуждений, которыми сейчас переполнен интернет. И при первом же столкновении с реальным правом эта искусственная объективность рассыпается на части. Инструмент ИИ в руках человека остается всегда только инструментом. Человек-эксперт обязан верифицировать то, что генерирует нейросеть и только после этого отправлять пользователям.
Проведу ту самую верификацию и препарирую сгенерированный текст. Алгоритм допустил логические и правовые ошибки.
1. Правовой абсурд в «Резюме»: налоги вместо профильного закона
Ваша нейросеть делает вывод: вместо новых законов нужно «цивилизованное правовое признание уже существующих налоговых режимов (например, самозанятости)».
Самозанятость (НПД) это фискальный инструмент, а не регуляторный. Налог в 4% платят тарологи, мастера маникюра и курьеры. Фискальный чек никак не подтверждает квалификацию психотерапевта, не гарантирует соблюдение тайны связи (152-ФЗ) и никак не защищает специалиста от иска на 2 млн р. Предлагать налоговый режим как замену нормативной базе и страхованию профессиональной ответственности это дилетантство, которое ИИ завернул в наукообразную форму (в конце ответа я объясню почему ИИ так делает).
2. Разрушение мифа о «технократической монополизации»
Текст обвиняет меня в лоббировании интересов монопольных агрегаторов. Нейросеть просто не знает контекст, мы предлагаем модель, которая платформенную монополию как раз разрушает.
Старые маркетплейсы, забирающие 50% за лид это действительно монополия. Инфраструктура такая как проЭго, которая дает независимому специалисту защищенный видеоконтур, эквайринг, CRM и автоматизацию для ведения его собственной практики за 8% комиссии - это независимость.
Требования к серверам и шифрованию данных - это не «интересы цифровых платформ», это жесткие требования государства по защите чувствительной медицинской и психологической информации. Частный специалист на домашнем ноутбуке с зарубежным мессенджером физически не способен выполнить эти требования. Платформа берет этот риск на себя.
3. Когнитивный диссонанс алгоритма: хвала «капиталистам-монополистам»
В абзаце про «существующий уровень саморегуляции» ИИ приводит в пример агрегаторы (Ясно, Alter и др.), заявляя, что они «уже выстроили жесткие фильтры».
Илья Викторович, Вы же несколькими комментариями ранее сами называли агрегаторы диктаторами с кабальными условиями! Как только Вы делегировали мышление машине, она тут же начала защищать тех самых гигантов рынка, с которыми Вы пытались бороться.
4. Иллюзия защищенности через ассоциации
Нейросеть выдает, что рынок уже защищен силами ОППЛ, АКПП и стандартами EuroPsy.
Реальность: сертификация EuroPsy в РФ де-факто не имеет правовой силы. А профильные ассоциации, при всей важности их просветительской работы, не обладают процессуальным статусом. Суды не принимает во внимание членский билет ОППЛ или внутренний этический кодекс, он судит по ГК. Без профильного закона эти ассоциации остаются просто профессиональными клубами, не способными защитить Вас от клиентского экстремизма.
5. О финансовых издержках и СРО
Алгоритм спрашивает: «Кто будет оплачивать издержки?», пугая вас «обязательным членством в дорогостоящих СРО».
Но ведь я о чем?! Если отрасль не перейдет на цивилизованный и недорогой инструмент персонального страхования профессиональной ответственности, государство принудительно загонит всех в саморегулируемые организации с взносами в компенсационные фонды.
Резюме, которое выдала нейросеть это не объективная аналитика. Это зеркало коллективных страхов сообщества, помноженное на отсутствие контекста.
**Обещанное пояснение: почему искусственный интеллект звучит так убедительно, но выдает абсурд?
Современные большие языковые модели (ИИ) не мыслят, не анализируют правовые нормы и не понимают законов в той степени как это делает человек-эксперт. Они работают по принципу статистической вероятности угадывают следующее слово на основе тех огромных массивов текстовых данных, на которых обучались.
А чем наполнен интернет по теме психологии? Тысячами постов на форумах, где психологи обсуждают свои страхи перед регулированием, возмущаются агрегаторами, гордятся членством в ассоциациях и делятся опытом оплаты 4% налога по самозанятости.
Нейросеть просто собрала самые частые (статистически популярные) мнения с форумов и упаковала их в уверенный, академичный стиль с красивыми подзаголовками, создав видимость «экспертизы». Разработчики специально тренируют ИИ звучать уверенно и авторитетно, даже когда он ошибается.
Но статистическая популярность мнения в интернете не делает его юридической истиной. Машина не понимает разницы между налоговым режимом и нормативной базой, она не учитывает специфику судебной практики и не знает контекста нашей с вами полемики.
Чтобы генерация ИИ происходила качественно нужно сперва заложить огромный контекст верифицированых данных и задать параметры объективной оценки и анализа.
Позиция «оставьте нас в покое, мы будем платить 4% и сами во всем разберемся» — это путь в никуда. Регулятор уже здесь, и правила игры меняются. И защитят вас не сгенерированные тексты про «технократическую монополизацию», а выверенные оферты, полисы страхования и надежная архитектура.
Дана Владимировна, ваш ответ наглядно демонстрирует уход от предметного обсуждения правовой и экономической реальности в сторону спорной полемики.
Иронично, что апеллируя к «машинности» мышления собеседника, вы сами прибегаете к характерным шаблонам текстовой генерации, включая сухую нумерацию, менторский тон и оставленные в тексте элементы форматирования.
В тексте выстраивается манипулятивная подмена понятий: статус самозанятости сводится к чисто фискальному инструменту, доступному массам, в сочетании с настойчивым утверждением, будто только предлагаемая платформа способна дать полноценную защиту. При этом умалчивается, что действующее правовое поле пока не содержит жестких нормативных требований под инфраструктуру proEgo, а сама автор активно продвигает именно такой законопроект.
Попытка обвинить оппонента в поддержке существующих агрегаторов с их схемами, искажает суть сказанного, ведь демонстрация имеющейся инфраструктуры лишь подчёркивает наличие на рынке рабочих механизмов — от верификации дипломов и проверки через системы ФИС ФРДО до прозрачной истории работы специалиста и его повышения квалификации, понятного регулирования договорных отношений с клиентом на основе гражданского законодательства.
Чтобы продвинуть свою модель, вы используете системное нагнетание страхов, апеллируя к «государственной машине», клиентскому экстремизму и гипотетическим судам на миллионы рублей. Подобное эмоциональное воздействие направлено на то, чтобы внушить сомнения профессиональному сообществу и убедить его в неизбежности предлагаемых платформ, уводя диалог от анализа реальных экономических издержек практикующих специалистов.
Резюмируя: инициатива создания сервиса неплохая, но попытка продвинуть его через законопроект и поставить тем самым, психологов в позицию без выбора, аппелируя к тому, что "а вот другая партия сделает ещё хуже", вызывает негативное отношение к вашим предложениям.
Плюс манера подачи. У вас ведь не будет второго шанса произвести первое впечатление, так говорят?
, чтобы комментировать
Коллеги, пока в этой ветке продолжаются попытки уличить меня в «лоббировании платформ», посчитать комиссии за групповую терапию и поспорить о стилистике ИИ, буквально в соседней публикации «Психологической газеты» разворачивается реальность.
https://psy.su/feed/13979
Вице-спикер Госдумы Анна Кузнецова официально объявила, что законопроект о регулировании психологической помощи «получил однозначную поддержку сообщества» и готовится к внесению.
Показательно наблюдать, как те же самые уважаемые коллеги, которые здесь доказывали мне, что «проблемы нет, регулирование не нужно, а частную практику защитит личный ноутбук», в соседней ветке справедливо бьют тревогу по поводу депутатских инициатив, рисков принудительного раскрытия протоколов сессий и угрозы уничтожения независимого рынка.
Эта параллель наглядно расставляет всё по местам:
Иллюзия «нас не тронут» не состоялась. Государство не собирается ждать, пока сообщество договорится внутри себя. Законодательный каток уже двигается, и формулировка об «однозначной поддержке» наглядно показывает, насколько мнение рядового частного специалиста учитывается в кабинетах власти, если за ним не стоит организованное сообщество.
Цена отрицания. Пока эксперты тратят недели на войну с технологическими платформами и отрицание банальных стандартов 152-ФЗ, государственные рабочие группы разрабатывают нормы, по сравнению с которыми любые рыночные комиссии покажутся несущественными. Речь идет об угрозе тайне частной жизни клиентов, принудительной отчетности по сессиям и административном отсеве практиков целых модальностей.
В чем реальная альтернатива. Модель, которую предлагаем мы это не «загон специалистов на платформу». Это предложение выстроить прозрачный институциональный щит:
Оставить коммерческую практику в правовом поле возмездных услуг (ГК РФ), отделив ее от госсектора;
Легализовать немедицинскую психотерапию, чтобы тысячи гештальт-, КПТ- и психоаналитических практиков не оказались вне закона;
Защитить специалистов институтом страхования профессиональной ответственности, а не поборами в государственные фонды;
Обеспечить сквозное шифрование данных, при котором передача отчетов третьим лицам технически невозможна архитектурно.
Коллеги, враг независимой психотерапии это не цифровые платформы и не IT-предприниматели. Настоящий вызов - это директивное, архаичное регулирование, которое закроет частную практику, если мы не предложим государству работающую, безопасную и защищенную альтернативу.
Время пустых споров о персоналиях прошло. Либо мы выходим в диалог с регулятором с готовой, юридически и технически зрелой моделью, либо завтра правила игры напишут без нас и по этим правилам работать уже будем в серой зоне.
Дана, ну мы же многие тут давно. С 22 года и раньше даже отражаем эти попытки рейдерского захвата российской психологии с участием депутатов и лоббистов за ними. Ничего тут нового нет. И ничего в стиле "гипс снимают, клиент уезжает" не случится, манипуляции на этой теме не работают - не тот уровень инфантильности уже у членов сообщества по итогам боев. Как писал Толстой о творчестве Гофмана: "Пугает, а мне не страшно". Но отстаивать свою сферу важно, и мы её вновь отстоим от волн желающих причинить ей добро)
, чтобы комментировать
Уважаемые коллеги!
Отвечу сразу всей ветке оппонентов. Я участвую в этой дискуссии не для того, чтобы пытаться кому-то понравиться или бороться за «правильное первое впечатление». Моя задача говорить на языке фактов, технологий и права, даже когда эта реальность вызывает сопротивление.
Четыре года пробуксовки законопроектов о психологической помощи не имеют никакого отношения к спорам в комментариях. Да, эти ветки читают помощники депутатов и аналитики профильных комитетов Госдумы. Но для регулятора эмоциональные опасения сообщества и попытки держаться за аналоговую вольницу значат ровно ноль на фоне двух стратегических задач государства: обелить емкий теневой рынок и гарантировать безопасность граждан в критически чувствительной сфере ментального здоровья.
Регулятор не будет бесконечно ждать внутренней зрелости сообщества.
Предложенная нами двухуровневая модель - это не кабинетная теория. Она выкристаллизовалась из реальной ежедневной практики проЭго: мы одновременно оперируем в правовом и технологическом поле России, стран СНГ и Европы (с жесткими требованиями к деперсонализации данных, защите тайны сессий и верификации специалистов). Мы видим изнутри, какие механизмы работают, а какие создают правовые тупики.
Именно поэтому мы настаиваем на архитектуре, которая защитит обе стороны:
* Клиент получает гарантированную квалификацию специалиста, защищенный от сбоев и утечек канал связи и финансовую защиту через полис профессиональной ответственности, страховку от потребительского экстремизма и бюрократии СРО.
Практикующие психологи — это главный капитал и фундамент проЭго, и наша цель дать профессии щит, а не поводок.
Отрицание регулирования не защитит ни одного специалиста. Защитит только работающий, технологичный и юридически адекватный закон, построенный на балансе интересов частной практики и государства.
Мы продолжаем конструктивную работу над нормативными формулировками в профильных рабочих группах. А жизнеспособность позиций каждого участника дискуссии в ближайшее время подтвердит правоприменительная практика.
Вы лоббист! Занимаетесь лоббированием своих интересов и свое платформы.
Предложенная модель это как раз пример плохой теории.
Вместо аналитической работы вы предлагаете теорию, которая ничего не имеет общего с реальностью.
Модель не защищает ни психолога, ни клиента.
Защищать от вымышленных угроз так себе защита.
Для клиента ничего не меняется.
Вместо того, чтобы провести обзор текущей судебной практики, чтобы понять реальную ситуацию - вы предлагает регулировать.
Крайне странная позиция.
Так что спасибо, мне не нужна ваша работа и с результатми вашей работы вероятно придется бороться.
Настоящая работа начинается с анализа ситуации, а не с того, что вы выбрали пару выгодных для себя пунктов и проигнорировали любую другую реальность.
Дана Владимировна, ну можно, конечно, и к уже условно тяжёлой артиллерии прибегать в виде внушения беспомощности. Вот это ваше "споры в комментариях ни на что не влияют". Слышу, что вы так видите "государство" и "регулятора", ну такое у вас видение. Только неправда это все. Это не просто споры в комментариях, а тысячи писем в ГД за последние только годы, коллективные обращения, открытые письма, встречные инициативы. Пробуксовка не в четыре года, а в 12 ближайших только. А так и во все тридцать. Создание на этой волне профсоюза. Заткнуть людей не получится уже. И игнорировать тоже.
Плюс те, кто индивидуально сам по себе работает, уже вкусили взрослость. Нарратив защиты, вот это все "не ходите дети в Африку гулять" не работает так безотказно, как, например, заказные статьи в прессе от владельцев залежавшихся нераспроданных покрышек в низкий сезон на тему "Скоро нам всем запретят ввоз новых шин из-за границы".
, чтобы комментировать
Странная дискуссия идет, без положительного разрешения проблемы(+++
Виктор Михайлович Волобаев, заметка здесь, на сайте, от 20.02.2026 "О ключевых проблемах регулирования психологической деятельности и возможных путях их решения"
Неоднократные заметки здесь Семена Борисовича Есельсона.
Множество других предложений.
Конкретные примеры образа решения реальной проблемы адекватным путем. Но они, почему-то, не интересуют заседателей комитетов. Там много работы и мало" интереса"?
Ничего странного, классика - "Не место объяснять теперь и недосуг, Но государственное дело..." А так, оч. показательное обсуждение, опять же, если перефразировать классика, - "Психологи, как зеркало...общества" :))))))))))
, чтобы комментировать
Уважаемые Павел Юрьевич, Илья Львович!
Предложений много в течении десятилетия, а окончательного решения и внедрения официального пока не видно(+++
В чем дело!?
, чтобы комментировать