16+
Выходит с 1995 года
28 февраля 2024
Посредническое Действие в периодизации детства

I. Ключевой Вопрос

В статье предполагается рассмотреть тему детского развития в соответствии с периодизацией развития в детстве, предложенной Д.Б. Элькониным [17, c. 60–77]. Основанием смены этапов в развитии, по Д.Б. Эльконину, является противоречивая связность «мотивационно-смыслового»1 и «операционно-технического» аспектов предметного действия. В работе о становлении предметных действий в раннем детстве [17, с. 130–141] указанная связность выступила как взаимо-действие взрослого и ребенка — как Единое Посредническое Действие (ПД) и, тем самым, ПД выступило как Единица развития — то, что развивается в онтогенезе и развитие чего определяет смену этапов (периодов) онтогенеза [17, с. 65–67], [14], [15]. Ответ на вопрос о том, как развивается ПД в онтогенезе, согласно Д.Б. Эльконину, состоит в указании на смену его сторон, «акцентов» в разных периодах детства. В младенческом, дошкольном и подростковом периодах доминирует и осваивается мотивационно-смысловой аспект ПД, а в раннем детстве, младшем школьном и юношеском возрастах доминирует освоение способа действия («операционно-технического» аспекта).

Следует специально подчеркнуть, что Д.Б. Эльконин настаивал на том, что освоение «мотива» и «способа» в онтогенезе — суть стороны, аспекты Одного Совокупного Действия, а не отдельные сущности, имеющие свои собственные «траектории» развертывания [17, с. 67–68].

Вопрос, который хотелось бы развернуть в статье, — это вопрос о самом способе существования, форме связности двух сторон, «фокусировок» Совокупного Действия (ПД). Этот вопрос я буду ставить в соответствии с «образом-образцом» вопрошания, заданным М. Хайдеггером [12, с. 5–8].

А) Про что спрашивается? Про устройство ПД, взятого как единица развития.

Б) Что выспрашивается? Каким образом со-отнесены Мотив и Способ действия. Само их «отношение» надо понять предметно2, т.е. понять, что и как соотносит, связывает Мотив-Смысл и Способ, как устроен «мост» между ними и когда этот «мост» выступает (выявляется) — становится предметом заботы и посредника, и посредствуемого. Способ соотнесения фокусов ПД, — ключевое ИСКОМОЕ концепта Посредничества в психологии развития. Это искомое может стать явленным, данным лишь в представлении об устройстве самой связи аспектов ПД — того, ЧТО и КАК их держит вместе.

В) Что о-прашивается? Опрашиваться, служить материалом для поиска искомого будут онтогенетические Переходы, как они намечены в периодизации Д.Б. Эльконина (фазовые, возрастные и эпохальные переходы).

В статье будут подробно разобраны лишь 2 периода первой эпохи онтогенеза. Перед их разбором необходимо сделать два предуведомления.

  1. Описание и разбор будут выполняться в методологической рамке неклассической психологии [17, с. 475–478]. Именно такая позиция адекватна в аналитике Посредничества — «вклинивания» [9, с. 24–33] одного человека (Посредника) в активность другого. Здесь важно включенное наблюдение самих способов инициации активности, а не лишь отстраненная фиксация фактов внеположного наблюдателю поведения. Объектами наблюдения является и активность посредника, и активность «посредствуемого», т.е. акт их «связывания». Лишь в той мере, в какой наблюдаем этот Акт — Событие Встречи — можно констатировать и Факт посредничества.
  2. С указанной точки зрения Мотив надо понимать не только лишь как «предмет» потребности, но и как Вызов, «открываемый» этим предметом, как инициируемое про-буждение и по-буждение. Таково, на мой взгляд, деятельностное представление Мотива.

II. ПД и периоды первой эпохи онтогенеза

1. Младенчество

Первая фаза возраста. «Центром», основной фокусировкой в описании и анализе первой фазы младенчества является Непосредственно-Эмоциональное Общение (НЭО)3. В работах М.И. Лисиной и ее сотрудницы С.Ю. Мещеряковой ([6], [8]) НЭО выступило в возникновении и эволюции улыбки младенца, возникновении улыбки как Ответа на выражение лица (улыбку, мимику и пр.) взрослого. НЭО было представлено как рождение «социальной», собственно человеческой потребности — «потребности в общении».

В соответствии с представлением об устройстве ПД я буду акцентировать не только поведение ребенка («испытуемого»), а и поведение взрослого («экспериментатора») — устройство вызова детской улыбки. Материалом для суждений являются работы Б.А. Архипова [1], а также мой опыт, когда в одной из поездок меня попросили «поработать» с неулыбающимся младенцем примерно 2-х месяцев. Понятно, что этот опыт недостаточен для «экспериментальной науки», но может оказаться важным для выдвижения гипотез возможного эксперимента.

Хочу еще раз отметить: полагаю, что именно Вызов есть деятельностное содержание Перехода Потребность — Мотив. То, как Вызов становится явленным вызываемому, и есть действительность, выполненность «пробуждения-активации».

Первое, что надо подчеркнуть: возникновение улыбки как Ответ на Вызов взрослого — это, прежде всего преодоление реактивности, преодоление оборонительной реакции, каковая также выражается в гримасе-улыбке (сокращении мышц лица). Подобное преодоление требует обустройства ситуации общения. Например, игры4 с расстоянием между лицами ребенка и взрослого, передвижениями взрослого вокруг смотрящего на него ребенка, т.е. пробами установления общего пространства-времени (со-ритмии) выразительности общающихся. Обустройство ситуации — это построение Поля взаимности, т.е. условий рождения ответа ребенка. Таков способ ПД в инициации НЭО5. Важно, однако же, чтобы указанный способ оставался игрой и пробой, был «спрятан» в них и не превращался в маниакальную нацеленность на «выбивание» детского ответа — «обучение улыбке».

Приведенные соображения подводят к пересмотру представлений о «чистом общении» как источнике «мотивационно-смыслового» начала (в его противопоставлении действию как «первоначалу» «сознания»). Мотив, понятый как Вызов, т.е. понятый в актуальности устроения ПД, актуальности устроения Встречи (События Встречи) Взрослого и Ребенка, обусловлен выразительным пробно-ориентировочным действием Взрослого — пробами при-общения. Но действием, «прячущимся» в непосредственности самой Встречи, снятым в ней в ее без-условности. Говоря словами Л.С. Выготского, само Событие Встречи — это Фабула НЭО, а устройство ситуации при-общения — его Сюжет (способ акцентирования фабулы) [2].

Представим себе, что возникли «методические рекомендации» инициации детской улыбки6. Возникли, поскольку «НЭО очень важно для дальнейшего развития ребенка» и пр. В такой «культурной» ситуации «успех» НЭО будет возможен, когда взрослый преодолеет «культурное» в непосредственном и вовлечется не в общение для… («правильного развития»), а в состояние со-общности7 (любви) здесь и сейчас. Подобное преодоление культурного в непосредственном важно не только для НЭО в младенчестве, но и в отрочестве, юношестве, молодости и зрелости. Здесь сама непосредственность является культурной, а не натуральной (реактивной) формой8.

Итак, смысл первого примечания в том, что ПД в НЭО в устроении мотивационно-смыслового атрибута активности удерживает и преодоление реактивности ребенка в обустройстве Поля (опробования границ) при-общения, и сокрытость формы (способа) этого преодоления, т.е. этого обустройства и опробования.

Второе примечание необходимо для ответа на вопрос о том, ЧТО, какая психологическая реальность инициируется в НЭО. ЧЕМ люди непосредственно общаются («обмениваются», «со-относятся»)? Вызов и удержание ЧЕГО осуществляется как Мотив?9

Мотив как пробуждение — это переход состояний человека. И именно Переход, «вход» в иное состояние10. Соответственно, НЭО — Вызов состоянием одного человека состояния же другого и вхождения обоих в состояние общности. Задача НЭО — превратить свое состояние, чувство в жест, адресовать его, «сказать» им (а не о нем). И именно так рождается Мотив-Вызов не только в младенчестве, но и на протяжении всей жизни.

Так сложилось, что в деятельностной и, отчасти11, культурно-исторической психологии психические состояния не выступили как проблема и предмет, хотя, похоже, именно психическое состояние есть исходный способ Бытия12 мотива, понятого как Вызов.

Психические состояния были объектом изучения в начале истории науки психологии, в последней трети 19-го века (В. Вундт, Т. Рибо и др). Для этих работ характерно явное или неявное допущение «пребывания» состояний в индивиде, замыкание состояний в нем. Видимо, поэтому в теориях, объясняющих и полагающих своим объектом активность индивида в «среде» (бихевиоризм, гештальт-психология и др.), тема состояния выпала из рассмотрения. Именно эти теории «окружали» культурно-историческую и деятельностную психологию. Похоже, что презумпция «внутрииндивидности» состояний осталась и в теории деятельности. В той же трактовке, о которой говорится в этой статье, состояние понимается как исходная интер-психическая форма, «объемлющая» индивидов и имеющая функцию «пробуждения», входа в «бодрствование», т.е. функцию порождения и удержания Энергии активности13.

Вторая фаза возраста. Во-второй фазе младенчества возникает явственная, «активная» взаимность НЭО, взаимность состояний-чувств (любви) ребенка и взрослого — Вызов взрослого утверждается в явственном Ответе. Ребенок откликается стремлением к взрослому и НЭО о-сваи-вается, превращаясь в жизненную стихию14.

Вместе с этим взрослый начинает использовать НЭО для вовлечения (устремления) ребенка в движение (сидеть — вставать15, ползти к…) и поддержки его движения. Возникает (строится) Переход «общение — общением»; общение фактически (а не в «методическом» самосознании) выступает как способ поддержки и утверждения программы дальнейшего становления16; «мотивацинно-смысловое» превращается в «способ для…», переосмысляется (и опять — фактически, а не «сознательно»17).

Очень вероятно, что и само движение ребенка становится стихийным, «самостийным» «переходом в бодрствование» — тело «чешется», требует активации. Однако же, это «чувство себя» для («из») самого ребенка локализовано18 не в его телесности, а в отдельных «фокусировках местности». По ходу движения эти фокусировки могут спонтанно меняться, что часто и использует взрослый.

По мере развития детской самостийной активности мотивация (активация) взрослого меняется. Он начинает выступать не только как «пробудитель», но и противоположным образом — как «ограничитель», а тем самым, «требователь». Сначала выразительность требования снимается в манипуляциях телом ребенка или, в более сложных случаях, в его «перенаправлении» — отвлечении от «вожделенного». Однако, со временем возникают ситуации сопротивления ребенка и здесь требование взрослого становится самим собой и его поведение приобретает характер и жест (выразительность) отрицания, а поведение ребенка характер выразительного неприятия — плача и, порой, истерики19. Здесь становится явной новая задача и смысл поведения взрослого — задача управления активностью, диктуемая состоянием тревоги (иногда оправданной, а иногда преувеличенной). Взрослый, Посредник становится поли-мотивированным, «раздвоенным», между со-чувственностью (любовью) и тревожностью20. Думаю, что именно такова ситуация ПД, обозначаемая в раздвоении линий в схеме периодизации на переходе от младенчества к раннему детству. Эта ситуация характеризуется нахождением взрослого на неявной или снимаемой-скрываемой до этого границе между двумя Вызовами — сочувственной помощью-поддержкой и охранением21. Полагаю, также, что именно такова ситуация «выхода на свет» способа действия как объекта ПД — ситуация передачи поддержки, т.е. Опор активности, самому ребенку.

В конце первого года жизни и ребенок также подходит к управлению поведением взрослого. Д.Б. Эльконин приводит примеры такого управления. Так, например, дедушка играет с внуком, сидящим у него на коленях в игру «Куй, куй ножку, поедем по дорожке…». Когда дедушка останавливает постукивание по стопе внука («кование ножки»), внук берет руку деда и снова подносит ее к своей ноге [17, с. 135]. Важно, что дедушка останавливается «игриво», выразительно-провокационно, а не обрывает игру. Остановка является Вызовом ребенку, вызовом со-действия. Игривость — ироничность и амбивалентность ограничения-призыва (а не жесткая требовательность) — «ведущая» форма ПД в ситуациях «перехода-поворота», подхода к границе детской активности при дальнейшем формировании «предметных действий». Ее условие — взаимность детско-взрослого обращения самой активностью, т.е. придание активности функции жеста.

2. Раннее детство

Первая фаза возраста. Описание и анализ ПД в построении «предметно-орудийного» действия ребенка надо предварить важным примечанием. В самом слове «пред-мет» и понимании А.Н. Леонтьевым «предметности» как уподобления действия предмету «спрятано», во-первых, допущение «пред-лежания», нахождения того, с чем действуют перед действующим, т.е. допущение отстраненности действующего — различения им самого действования и объекта действия. Можно ли с такого негласного допущения начинать исследование и описание формирования предметных действий детей 2-го года жизни? Во-вторых, неявно допущено, что предмет, предоставлен в своей неизменности или в явной мере изменения. Но ведь ребенку еще надо, предстоит понять, что кошечку и собачку не надо хватать за глазки, нос и ушки — они живые. А яблочко или стульчик не надо к себе манить, а надо брать — они не ходят. Понять, что это он идет к двери, а не дверь на него надвигается.

Итак, трудный вопрос об отделении активности от объекта активности обуславливает и предваряет суждения о фактах самого предметного действия.

Отделение активности от ее объекта явлено в предварении активности рассмотрением ее объекта — построением ориентировки и ее преобразований в самом действовании и самим действованием. Ориентировка включается в ситуации «линии старта» активности, ситуации граничности, о которых говорилось выше. Пробно-ориентировочное действие, понятое как разыгрывание граничности, (перехода к…) и есть действие «на старте», на «повороте» активности, проигрывание «торможения на повороте». Задача ПД в формировании предметных действий — включение произвольной ориентировки в активность, что и есть построение Способа Действия. Вызовом способа действия является выявление граничности. Этот вызов строится не «вещами» и вещными обстоятельствами-препятствиями, а словом-жестом взрослого («Ай-ай-ай», «Так-не так», «Но-но-но» [14]), сопряженным на первых порах с его же действием телом ребенка или, что лучше, с незаконченным действием с его телом, где словом подчеркивается и адресуется незаконченное действие. Подчеркивание, акцентирование границы обращенным словом-жестом и есть ее означивание — означивание остановки-торможения. Такова интерпсихическая форма знакового опосредствования, каковое и является сущностью ПД в первой фазе раннего детства.

Еще раз специально подчеркиваю: в удачных случаях ПД (опосредствования) граница выступает в игровой22 амбивалентности. Лишь таким образом действие, которое «не так» и «ай-ай-ай», может быть осмыслено самим ребенком не в наказании, а в пробе-испытании граничности — пробе испытании того, что такое «нельзя» и «не так» и этом виде выразительно обращена взрослому. Обратное обращение — обращенное взрослому опробование значения слова-жеста — есть утверждение значения. В подобном утверждении опробуется и испытывается «поворот» активности и именно здесь рождается Событие «преодоления натурального в культурном» — Событие ПД23 [14]. Именно в пробно-игровом начале «смысл отношений со взрослым» [17, с. 130–141] не превращается в реактивное выполнение приказов и отношения любви-принятия не отрываются от действия, а обогащаются в нем.

Интерпсихическая форма освоения предметных действий имеет Бытийно-Антропологический, а не лишь социо-культурный смысл (освоения «культурных орудий»)24. Дело ведь не в самом по себе освоении, например, горшка как «уподоблении его логике», а в управлении гладкой мускулатурой при освоении горшка. Задача не в том, чтобы «правильно садиться» на горшок, а в том, чтобы вовремя, держась, оповестить взрослого о своем состоянии. Само это состояние, его переходность и граничность, т.е. сама телесность состояния становится предметом управления. Именно телесность строится в утверждении границы, «старта», каковой есть знак перехода тонус — кинетика и именно этот переход усиливается в слове взрослого и осваивается, будучи утвержденным в обратном пробно-провокативном вызове ребенка взрослому. Именно таково, по наблюдениям Д.Б. Эльконина и моим, устройство интерпсихической формы освоения способа действия. Здесь место-время возникновения Чувства Собственной Активности25, и именно собственной, своим соучастием проживаемой26. Опосредствование — Исток и практика освоения телесности27 и именно в этом его Бытийно-Антропологический смысл.

Вызов состояния, пребывание в нем как своем снято, «спрятано» в открытой и адресованной взрослому произвольности достижения. Нетрудно заметить, что эта ситуация обратна представленной выше ситуации НЭО. Там не акцентируется, «прячется» способ «входа» в состояние, а здесь не акцентируется (специально не усиливается) само состояние (чувство себя) в открытом и явном способе построения «выхода» его Энергии в катарсис «правильного», образцового действия.

Примечу здесь специально, что в старших возрастах (юношестве и молодости) сам этот «выход в действие» часто не происходит «сам по себе», а требует преодоления погруженности в состояние (например, в виде фантазмов о собственном «великом свершении» и «пьедесталах» или, наоборот, стартовой тревоги28) — преодоления в виде построения «внешнего предметного действия» и фактического опробования-рассмотрения Пространства Возможностей при сохранении и сокрытии «внутри», а не «выбрасывания вовне» состояния решимости. Здесь также «картина» обратная ситуации НЭО: не снятие («схоронение») способа в актуализации действия, а «схоронение» состояния в актуализации способа действия.

Вторая фаза. Дальнейшая интериоризация означивания действия, освоение его опор связаны с преобразованием самой предметности действия. Предметом освоения становится Поле действия, которое раньше удерживалось взрослым. Освоение Поля также бывает адресовано взрослому или другому ребенку как Вызов — конфликт («сам(а)», ссора в песочнице за свое место) или игровая провокация — обращение взрослому поведения как (в смысле) «иди-ка за мной», «смотри, я ухожу от тебя все дальше». Таково оформление самостоятельности (в отличие от «самостийности») ребенка. Самостоятельность формуется в открытых инициативах (инициациях), предметом которых являются границы Поля собственного действия, а задачей — их про-явление. Актуализация Поля действия есть актуализация будущего, горизонта — построение, словами Л.С. Выготского, «актуального будущего поля» [3, т. 6]. Хронотоп Опоры объемлется хронотопом Поля. Построение Действия превращается в опробование-построение Действием.

В этой же фазе (в освоении Поля) опоры «автоматизируются» (завершается «параллелограмм опосредствования») и обретают характер стихии (ходьба, устная речь), каковыми и сохраняются в дальнейшем.

В «охранении» Поля действия как своего и теперь уже осознанно своего, действие обретает характер «моего действия». «Мое действие» преобразуется в «Я-действие» ([14], [15]), в котором «Я-желание», «Я» как Порыв («Взрыв бодрствования») из-себя требует достижения, требует возможности, но не может, пока еще, ее обустроить. Возможности и их границы «держит» взрослый. Такова ситуация кризиса 3-х лет — ситуация открытого конфликта в приумножении актов непосредственной связности желания-достижения. Конфликт имеет вид непосредственно-эмоционального общения, но с «обратным знаком». При одном существенном дополнении. Когда ребенок этого возраста хочет и просит у мамы конфету, и она не дает («вредно»), а он начинает требовать, мама уже не может как раньше отвлечь ребенка на другое «зовущее» («а вот смотри, какое румяное, вкусное яблочко»). Не может, поскольку ребенок теперь уже хочет и конфетку, и маму «поставить на место» — преодолеть ее власть как ее, а не его владение границами. Здесь ребенок поли-мотивирован29 и, пожалуй, это и есть ключевое «психологическое новообразование» кризиса 3-х лет. Возможно и, даже, скорее всего, мотив противостояния власти здесь «предсознателен» (а станет сознательным в подростковом кризисе), но это не отменяет суждения о поли-мотивации — существенном преобразовании мотивационно-смыслового атрибута, а тем самым, и субъектности действия. Существенном, поскольку лишь в связности и конфликте побуждений можно полно испытать состояние Решимости — «материю» Акта принятия решения в далеком юношестве. В ближайшем же будущем ребенка порыв и решимость проигрываются в полноте сюжетно-ролевой игры [19] и «обостряются» в так называемых играх с правилами (салочки, прятки и т.п.), приобретающих характер состязания30.

III. Выводы из описания и анализа Эпохи раннего детства

1. Связность Мотива и Способа осуществляется и становится на выявлении и преодолении дотоле неявных и не чувствуемых границ Поля ПД. Граница есть связка, «чувственная ткань»31, «мост» соотнесения Мотива и Способа и искомое в фактическом, действенном выспрашивании-опробовании Посредником32 их соотнесения — соотнесения Потребного и Возможного. Опробование — есть удержание-преодоление границы — связывание Потребного и Возможного — Событие ПД, его Катарсис.

2. Мотив как вызов и «держатель» состояния активации, рождающийся в обустройстве ситуации (поля активации), и Способ как основание и «держатель» чувства собственной активности, рождающегося в означивании опоры активности — произвольном достижении, — суть два необходимых Акцента, два фокуса ПД (а вовсе не две отдельные «действительности»33), соотносящиеся в переходах ПД как «фигура» и «фон»34. Предметность ограничений Поля приобщения — фон-усилитель обращения состоянием («общения»), а состояние — фон-усилитель опробования опор в Поле «предметного действия». Однако же, в ПД фон надо сделать фоном — преодолеть в одном случае (порождения общности) вовлеченность и погруженность в «действие для…», а в другом (порождении функции опоры) — преодолеть вовлеченность и погруженность в состояние активации. Итак, во-первых, преодоление границ и, во-вторых, усиление одного из акцентов Посредничества за счет другого — задача и устройство ПД в возрастных периодах эпохи онтогенеза. При этом Способ действия есть удержание-утверждение его Мотива — утверждение и удержание вызова.

3. Способ действия, в одних случаях скрываемый, а в других выставляемый, явлен наблюдателю-посреднику как проба-испытание границ поля совокупного действия. И «включение» Посредника в активность ребенка — преодоление реактивности и стихийности в построении опор, — и фазовый переход к освоению Поля действия имеют форму пробно-игрового (а не непосредственно-результативного) действия. Такова Норма ПД. В фазовых переходах эту норму «подхватывает» сам ребенок в обращении ко взрослому. Проба-испытание — есть освоение границы — освоение «моста», связывающего Мотив и Способ действия.

4. В первой фазе периода строится само ПД. В освоении мотива — обращенность состоянием (отображение состояния взрослого в состояние ребенка); в освоении опор — их значение (отображение значения в активность ребенка). Во второй фазе периода расширяется «область приложения» ПД. Так, НЭО становится способом инициации и поддержки движений ребенка, а освоение опор — способом создания Поля действия. В обоих случаях то, что осваивается превращается в то, чем осваивается иное (приобщение-приобщением, действие-действием). Таковы задача и устройство фазовых переходов в периоде онтогенеза. Именно в фазовом переходе строится «внутренний план» действия — его интрапсихическая форма. Интериоризация — преобразование предметности действия; таковой интериоризация является в онтогенезе (в его отличии от функционального генеза). В генезисе действия связаны несколько хронотопов, развитие — поли-временной процесс.

5. Для возрастных кризисов (во всяком случае, на переходах «эпох» онтогенеза) характерна поли-мотивированность соучастников ПД — связность противопоставленных вызовов. Именно эта противопоставленность будет означена, а ее напряжение проиграно в этом значении (тем самым, положительно задано) в следующем периоде (например, в сюжетно-ролевой игре).

6. В переходности и утверждении переходности (означивании граничности) ПД выступает как Событие Действия [14]. Мотив и Способ со-относятся именно и лишь в Событии — их соотнесение не детерминировано. Детерминированным, возникающим «по причине» может оказаться как раз отсутствие соотнесенности мотива и способа, где способ не становится испытанием-утверждением вызова. Таковы формы реактивных автоматизмов.

7. Итогом и дальнейшим горизонтом развертывания ПД в раннем детстве и в последующих эпохах детства является порождение, обогащение и удержание Субъективности ребенка, выраженное и оформленное в его Субъектности — мерах (масштабах) его собственной самостоятельности и инициативы.

IV. «Финал» развития

Что же есть Норма, Идеальная форма Субъектности? Полагаю, что этой нормой является освоение Продуктивного Действия [16]. Такова, на мой взгляд, сущность зрелости. Это «финализм»? Да. Но такой «финал», в котором Акт развития и его Событийность становятся актуальным временем жизни — кризисы развития и их компенсации становятся «повседневностью».

Продуктивное действие — это взаимопереход и связность 2-х Событий: во-первых, преодоление неявных ограничений «опыта» — привычного образца-образа действия [13, с. 13–20] и, во-вторых, выставление, «публикация» сделанного — Продукта. Интрига «публикации» в том, что в Продукте в его выставлении «публикой» должна быть выявлена интрига выставляемого — интрига способа изготовления как «поворота», преодоления «общественного опыта».

Речь не идет только лишь о художниках, писателях и ученых, создающих «вторичные тексты». Во-первых, надо понять, что «вторичные тексты» — это Символы (в их рассмотрении А.Ф. Лосевым [7]) Событийности Действия (преодоления границ в Действии), т.е. это символы Действия как Порождения. Во-вторых, если говорить о действительных, а не превращенных и редуцированных формах практики Посредничества, т.е. говорить об учительстве, тьюторстве, терапии в их полноте, то их продукт, их творение — само Смысловое Поле жизни, а эффект — Субъектность, в облике, «лице» которой (личности), скрывается-открывается потенция творения.

Посредничество как Продуцирование (порождение и возрождение) в онтогенезе «растянуто» в эпохе развития.

Посредничество скрыто («спрятано») в Продуцировании, а Продуцирование в Посредничестве35.

Примечания

1 Д.Б. Эльконин называл его также «мотивационно-потребностным».

2 Что почему-то делается редко и слово «отношение» произносится как не требующее разъяснений и самопонятное. Но ведь именно живое «тело» «отношения», т.е. само связующее как особая предметность, и есть ключевой вопрос. Ключевой, поскольку именно эта «ткань» живет и меняется.

3 В терминах Н.Л. Фигурина и М.П. Денисовой — сотрудников клиники Бехтерева — Щелованова в 20-х гг. прошлого века — «Комплекс оживления младенца».

4 Слово «Игра» здесь употребляется и в дальнейшем будет употребляться в значении повторяющегося и внешне выразительного опробования возможностей и границ некоего свершения.

5 Этот способ порождения НЭО (как и само НЭО) живет и воссоздается в последующие годы и, особенно, в подростничестве и взрослости и имеет название — «флирт». Тем самым, в слове, языке становится социо-культурной формой.

6 Очень возможно, что уже существует нечто подобное.

7 Со-Бытия (М. Хайдеггер, В. Слободчиков и др.)

8 Возможно, что не «является», а «становится», т.е. требуется в современной исторической ситуации распространения в повседневности разнообразных обучений, терапий и проч. Понятно, что эта ситуация не случайна и не злой-добрый умысел психологов, тьюторов, терапевтов и др. «советчиков», а, видимо, признак «рассевания» культурно-исторической формы субъектности, каковое также, разумеется, не случайно.

9 В языке А.Н. Леонтьева: «Каков предмет потребности?». Однако, пред-мет ли это; он «перед» индивидом или индивид в нем.

10 В терминах Б.А. Архипова — пробуждение вегетативной нервной системы.

11 Именно отчасти, поскольку интерес Выготского к теме соотношения аффекта и интеллекта, его суждения о ритме в Психологии Искусства — «намек» на этот вопрос.

12 Говоря о Присутствии, Хайдеггер вводит представления о страхе, ужасе, решимости, т.е. о состояниях, в которых пребывает Забота как исходная форма Присутствия [12].

13 Я понимаю, что изъясняюсь «ненаучным» слогом. Однако же, феномен нахождения индивида в состоянии, именно индивида в состоянии как «атмосфере», его объемлющей, а не состояния в или у индивида, находится на границе возможностей научного описания. Соответственно, предстоит в дальнейшем усовершенствовать «научность», каковая есть способ, а не «ценность». Это тем более важно для способа работы в неклассической парадигме.

14 Каковой и остается (в хорошем случае) всю жизнь.

15 По опыту Б.А. Архипова, иногда раньше времени.

16 А в некоторых случаях — способом ее коррекции и «перезапуска».

17 В хорошем случае.

18 А не для наблюдателя, некритически относящего внешние проявления индивида к некоему «его» «внутреннему».

19 См. «гипобулические реакции» и кризис 1-го года [3, т. 4] (нынче, похоже, заброшенный исследователями).

20 Тревога «плоха» не сама по себе, а на ее переходе в страх. Это переход преодолевается в балансе тревоги и решимости, когда решимость «побеждает». Именно такова ситуация Старта — граничной «линии», задающей Переход к действию. Именно эта ситуация амбивалентности, выстроенная Посредником как Игра — доминанта и норма поведения взрослого (см. работу, выполненную под руководством Л.И. Элькониновой о «динозавре» как игрушке, а не «настоящем страшилище» [10]).

21 Полагаю, что именно такова норма ситуаций («психологического поля») со-провождения.

22 Разумеется, и «игривость» имеет свои границы в детско-взрослой повседневности, но здесь речь идет о принципе.

23 Употребление слова «Событие» здесь аналогично его употреблению М.К. Мамардашвили применительно к акту мысли, который подчеркивал, что Событийность мысли выступает в акте утверждения мыслимого содержания

24 См. различение Л.С. Выготским психологических орудий и орудий труда [3, т.3]

25 См. в работе А.В. Запорожца «Развитие произвольных движений» об ощущении собственного движения как необходимом моменте произвольного движения [4].

26 А не «осознаваемой». Возможно, что осознаваемость состояний (со всеми ее плюсами и минусами) приходит в «обобщении переживаний» — в кризисе 7-и лет.

27 Но Исток лишь в той мере, в какой оно уместно, т.е. в разыгрывании «поворота», преодоления спонтанной активности.

28 Характерных для отрочества.

29 См. связность двух аффектов в «Психологии искусства» Л.С. Выготского. В нашем случае, желание конфетки — фабула, а противостояние власти взрослого — сюжет.

30 А следовательно — оценки и риска.

31 Термин А.Н. Леонтьева.

32 И лишь поэтому в выспрашивании и мышлении исследователя-наблюдателя, т.е. в описании и анализе — «вторичных» «кодах».

33 Полный разрыв состояния и действования — свидетельство глубокой патологии.

34 Подобно тому, как в картине сосуществуют, а в ее рассмотрении конкурируют («играют») фон и изображенное на фоне. Сосуществуют в Одной картине.

35 В современности Продуцирование становится (в редуцированном виде) одним из элементов повседневности. Пример — стихи, фотографии, рисунки и видеоролики в фэйсбуке*.

Литература

  1. Архипов Б.А. Нейропедагогические возможности преодоления дизонтогенетического развития (методическое пособие). М., 2019
  2. Выготский Л.С. Собр. Соч. в 6-и тт. М., 1982 – 1984
  3. Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1965
  4. Запорожец А.В. Развитие произвольных движений. М., 1960
  5. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М., 1981
  6. Лисина М.И. Проблемы онтогенеза общения. М., 1986
  7. Лосев А.Ф. Проблема символа и реалистическое искусство. М., 1976
  8. Мещерякова С.Ю. Особенности «комплекса оживления» у младенцев при воздействии предметов и общении со взрослыми // Вопр. Психол. 1975. № 5.
  9. Обухова Л.Ф. Механизмы возникновения нового в развитии. В сб. «У истоков развития». М., 2013
  10. Рамайя З.Г. Характеристики пространства и времени совместного действия на переходе от общения к игре. Магистерская дисс. (науч. рук. Л.И. Эльконинова). МГППУ, 2018
  11. Слободчиков В.И. Психологические проблемы становления внутреннего мира человека // Вопр. Психол. 1986. № 6
  12. Хайдеггер М. Бытие и Время. Санкт-Петербург, 2006
  13. Эльконин Б.Д. Опосредствование. Действие. Развитие. Ижевск. 2010
  14. Эльконин Б.Д. Событие действия // Культурно-историческая психология. 2014. № 1
  15. Эльконин Б.Д. Посредническое действие и развитие // Культурно-историческая психология. 2016. № 3
  16. Эльконин Б.Д. Продуктивное действие // Культурно-историческая психология. 2019. № 1
  17. Эльконин Д.Б. Избранные психологические труды. М., 1989
  18. Эльконин Д.Б. Психология игры. М., 1977
  19. Эльконинова Л.И. Полнота развития сюжетно-ролевой игры // Культурно-историческая психология. 2014. №1

Источник: Эльконин Б.Д. Посредническое Действие в периодизации детства // Практики развития: образовательные парадигмы и практики в ситуации смены технологического уклада: Материалы XXVII научно-практической конференции, Красноярск, 12–14 ноября 2020 года. Красноярск: АНОО «Институт психологии практик развития», 2021. С. 26–39.

Фото: Александры Евгеньевны Соболевой, директора Центра нейрокоррекции им. А.Р. Лурия, из архива Н.Л. Карповой (Б.Д. Эльконин в ПИ РАО у портрета отца, Д.Б. Эльконина. 22.03.2022).

* Социальная сеть Facebook запрещена в России, принадлежит компании Meta, признанной экстремистской организацией и запрещенной в России (прим. ред.).

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»