16+
Выходит с 1995 года
21 апреля 2024
Исследование склонности к виктимному поведению подростков с разным отношением родителей

Одним из важных постулатов в развитии виктимологии как комплексного направления считается утверждение о том, что жертва вносит определенный вклад в сложившуюся ситуацию, она отчасти ответственна за произошедшее [10]. Она провоцирует преступника или ведет себя беспечно. В настоящее время акцент с понимания провоцирующей роли жертвы смещен в сторону рассмотрения повышенной уязвимости личности к различным формам агрессии, обозначаемой как виктимность. Разностороннее исследование данного явления представляет интерес для обеспечения психологической безопасности личности.

Виктимность как склонность становиться жертвой преступления возникает в результате использования личностью закрепившихся моделей поведения [8]. Это происходит на фоне определенного сочетания личностных характеристик, социально-психологических условий на разных возрастных этапах развития. На основе этих и других признаков часто производят типизацию жертв [4, 5].

На наш взгляд, в исследовании виктимности сегодня представляют интерес такие направления, как:

  • выявление личностных коррелятов виктимности;
  • построение индивидуально-психологических профилей личности, склонной к разным формам виктимного поведения;
  • исследование связи виктимных проявлений с конкретными социально-психологическими условиями на разных возрастных этапах развития.

В настоящем исследовании проанализирована взаимосвязь склонности к виктимному поведению подростков и особенностей детско-родительских отношений в их семьях.

Успешность решения личностью задач конкретного возрастного этапа развития отражается в поведении. Признание этого факта, а также специфика содержания возрастных задач, особенности социальной ситуации развития позволяют предположить, что существуют возрастные периоды, наиболее сензитивные для проявления виктимного поведения. Одним из таких периодов, по нашему мнению, является подростковый.

С одной стороны, в этот период более четко оформляется и становится устойчивым Я-образ, с другой — изменяются когнитивная и аффективная составляющая конструкта Я. Расширение сферы социального взаимодействия и разнообразия реализуемых форм деятельности подростка сочетается с постоянной необходимостью совершать выбор. Самосознание наполняется конфликтными смыслами. Собственные личностные свойства, осуществленные выборы и модели поведения утрачивают для подростка непротиворечивость [6].

В статье «Самопринятие и осознание социального аспекта Я-образа у подростков» представлены интересные результаты. Авторы приходят к выводу о том, что подростки с аутодеструктивными тенденциями (соответствует активному типу виктимного поведения), потенциально готовые реализовать зависимое (соответствует пассивному типу) или девиантное поведение, имеют глобально негативное самоотношение. Непринятию себя сопутствует внутренняя несогласованность Я-образа. Подростки мало осознают: каково их Я в представлении других, ощущают противоречие между презентуемым и подлинным Я. Процессы рефлексии развиты слабо или подавляются [6].

Психические состояния подростка характеризуются выраженностью эмоционального компонента, который существенно влияет на значимые отношения, динамические и семантические характеристики психических процессов. Оценка происходящего часто искажена и отражает собственное субъективное видение ситуации, а появляющееся чувство взрослости обостряет авантюризм, влечение к экстремальному. Подросток может намеренно или неосознанно нарушать нормы, при этом недостаточно адекватно понимая и оценивая характер, значение и последствия нарушений.

В поведении подростка появляется стремление к противостоянию, сопротивлению. Особенно это выражено в отношениях со взрослыми, использующими стиль поведения контролирующего, критикующего родителя. Понятия «стиль семейного воспитания» и «стиль родительского поведения» недостаточно разведены в современной науке [3], в том числе в нашем исследовании используются как близкие по смыслу.

Особенности взаимодействия внутри семьи, ее структура, характеристики каждого члена семьи участвуют в формировании личности ребенка, самосознания, самооценки, в том числе как жертвы, степени виктимности, способов поведения [9]. На сегодняшний день подтверждена связь детско-родительских отношений и ранних деструктивных схем поведения личности [7].

Значимость и одновременно обостренность, конфликтность взаимоотношений с родителями позволяют утверждать, что особенности этих отношений и их восприятие подростком, отражаются на его склонности к виктимному как протестному поведению.

Понимание особенностей психологии самого подростка и специфики его социального взаимодействия определили цель данного исследования: изучить взаимосвязь склонности подростков к виктимному поведению и особенностей детско-родительских отношений в их семьях (так, как видят их дети).

В исследовании приняли участие 43 подростка (30 мальчиков и 13 девочек) в возрасте от 14 до 15 лет. Все участники исследования воспитываются в полных семьях и обучаются в 9-м классе общеобразовательной школы одного из областных центров Калужской области. При проведении исследования были использованы две методики.

1. Методика «Поведение родителей и отношение подростков к ним (ADOR)» E. Шафера (модифицированный вариант З. Матейчика и П. Ржичана в адаптации сотрудников лаборатории клинической психологии Института имени В.М. Бехтерева Л.И. Вассермана, И.А. Горьковой, Е.Е. Ромицыной) [2].

Опросник ADOR изучает родительские установки, поведение и методы воспитания родителей так, как видят их дети в подростковом возрасте. Методика Е. Шафера основывается на положении о том, что воспитательное воздействие родителей (так, как это описывают дети) можно охарактеризовать по трем факторным переменным:

  • принятие — эмоциональное отвержение;
  • психологический контроль — психологическая автономия;
  • скрытый контроль — открытый контроль.

Данная методика позволяет сделать выводы о степени выраженности следующих тенденций (шкал): позитивного интереса, директивности, враждебности, автономности, непоследовательности.

2. Методика «Склонность к виктимному поведению» О.О. Андронниковой [1].

Методика является стандартизированным тест-опросником и предназначена для измерения предрасположенности подростков к различным формам виктимного поведения:

  • склонности к агрессивному виктимному поведению (агрессивный тип потерпевшего);
  • склонности к самоповреждающему и саморазрушительному поведению (активный тип потерпевшего);
  • склонности к гиперсоциальному поведению (инициативный тип потерпевшего);
  • склонности к зависимому и беспомощному поведению (пассивный тип потерпевшего);
  • склонности к некритичному поведению (некритичный тип потерпевшего);
  • реализованной виктимности.

Все участники проходили процедуру обследования по двум методикам одновременно. Каждому опрошенному был предоставлен текст опросника и бланк ответов. Для соблюдения анонимности бланки были зашифрованы. Примерное время тестирования составило 40 минут. Математико-статистическая обработка данных проводилась с использованием непараметрического критерия в программе SPSS — коэффициента ранговой корелляции Ч. Спирмена. Коэффициент корреляции рассчитывался по выборке в целом, отдельно в группе мальчиков и в группе девочек. Выделение групп является принципиальным, принимая во внимание разное влияние отца и матери на воспитание мальчика и девочки подростков.

По результатам математико-статистической обработки данных по методикам «Склонность к виктимному поведению» и ADOR установлено наличие связи между значениями.

1. По шкале «склонность к самоповреждающему и саморазрушающему поведению» и шкалам:

  • по выборке в целом:
    • автономность со стороны мамы, rs = 0,330, p ≤ 0,05;
    • непоследовательность со стороны папы, rs = 0,342, p ≤ 0,05;
    • фактор критики со стороны папы, rs = 0,353, p ≤ 0,05;
  • в группе мальчиков:
    • непоследовательность со стороны папы, rs = 0,391, p ≤ 0,05;
    • фактор критики со стороны папы (директивность папы — автономность папы), rs = 0,377, p ≤ 0,05.

Две значимые связи, обнаруженные по выборке в целом («склонность к самоповреждающему и саморазрушающему поведению» и «непоследовательность со стороны папы и фактор критики со стороны папы»), также выявлены в группе мальчиков. Значимость связей в группе мальчиков выше, чем по выборке в целом. Это позволяет нам утверждать, что непоследовательность воспитательных мер папы препятствует пониманию, что повлечет за собой наказание, а что нет; жесткое доминирование в сочетании с безразличием к интересам и потребностям подростка, критика могут быть рассмотрены как условие формирования склонности осуществлять самоповреждающие действия именно у мальчика-подростка (активный тип виктимного поведения). В группе девочек никаких значимых связей не выявлено.

По выборке в целом значимой является связь между склонностью к самоповреждающему и саморазрушающему поведению и автономностью со стороны мамы. В то же время она не выявлена как значимая ни в группе мальчиков, ни в группе девочек. Автономность проявляется в формальном отношении к воспитанию ребенка, отсутствии интереса к его увлечениям.

2. По шкале «склонность к агрессивному виктимному поведению» и шкалам:

  • по выборке в целом:
    • фактор близости со стороны мамы (позитивный интерес мамы — враждебность мамы), rs = –0,454, p ≤ 0,01;
    • враждебность со стороны мамы, rs = 0,383, p ≤ 0,05;
    • позитивный интерес со стороны папы, rs = –0,454, p ≤ 0,01;
  • в группе мальчиков:
    • позитивный интерес папы, rs = –0,472, p ≤ 0,01;
  • в группе девочек:
    • позитивный интерес мамы, rs = –0,683, p ≤ 0,05;
    • фактор близости со стороны мамы (позитивный интерес мамы — враждебность мамы), rs = –0,767, p ≤ 0,01.

На основе полученных данных можно утверждать, что в формировании склонности к агрессивному поведению у мальчиков большую роль играет отсутствие позитивного интереса папы, а у девочек — отсутствие позитивного интереса мамы. Позитивный интерес родителя предполагает принятие и уважение подростка. Соотношение позитивного интереса и враждебности, рассматриваемое в методике как фактор близости, является значимым для формирования склонности к агрессивному поведению у девочек применительно к одному родителю — маме.

Подростки с выраженной склонностью к агрессивному поведению могут попадать в опасные или неприятные для жизни и здоровья ситуации в результате их собственной агрессии, проявленной в форме провокации или прямого нападения на других. Они намеренно провоцируют или создают конфликтную ситуацию, могут реализовывать свою антиобщественную направленность, нарушать социальные нормы, не принимать правила и этические ценности социума. Такие подростки легко поддаются эмоциям, особенно негативного характера, ярко их выражают, нетерпеливы, вспыльчивы, доминантны.

3. По шкале «склонность к зависимому и беспомощному поведению» и шкалам:

  • по выборке в целом:
    • директивность со стороны мамы, rs = 0,369, p ≤ 0,05;
    • непоследовательность со стороны мамы, rs = 0,447, p ≤ 0,01;
  • в группе мальчиков:
    • непоследовательность мамы, rs = 0,507, p ≤ 0,01;
  • в группе девочек:
    • позитивный интерес мамы, rs = –0,587, p ≤ 0,05;
    • фактор близости со стороны мамы (позитивный интерес мамы — враждебность мамы), rs = –0,568, p ≤ 0,05.

Подростки, склонные к зависимому или беспомощному поведению, не оказывают противодействия при нападении, в том числе из страха ответственности за собственные противоправные действия. Для таких подростков может быть свойственна установка на беспомощность, нежелание делать что-то самостоятельно. Они имеют ролевую позицию жертвы и для получения поддержки окружающих вовлекают себя в различные проблемные ситуации. Среди личностных качеств таких подростков распространены высокая внушаемость, конформность, робость, уступчивость, оправдывание чужой агрессии, склонность всех прощать. Результаты математико-статистической обработки позволяют утверждать, что склонность к зависимому и беспомощному поведению у мальчиков связана с непоследовательностью мамы, а у девочек — с отсутствием позитивного интереса со стороны мамы. Таким образом, для девочек более значим в данном случае эмоциональный компонент, а для мальчиков — поведенческий. По выборке в целом значимой является связь между склонностью к зависимому и беспомощному поведению и директивностью мамы.

4. По шкале «склонность к некритичному поведению» и шкалам:

  • по выборке в целом:
    • враждебность со стороны мамы, rs = 0,388, p ≤ 0,05;
    • непоследовательность со стороны мамы, rs = 0,384, p ≤ 0,05;
  • в группе мальчиков:
    • враждебность со стороны мамы, rs = 0,370, p ≤ 0,05;
    • непоследовательность со стороны мамы, rs = 0,413, p ≤ 0,05;
  • в группе девочек:
    • автономность папы, rs = –0,585, p ≤ 0,05.

К данной группе относятся подростки неосмотрительные, неправильно оценивающие жизненные ситуации. Некритичность может проявиться в силу разных причин: низкого интеллектуального уровня, на основе отрицательных личностных черт (например, корыстолюбие и др.), на основе положительных личностных черт (например, наивность, отзывчивость и др.). Для таких подростков свойственны неосторожность, неспособность правильно оценивать ситуацию, легкомыслие, неразборчивость в знакомствах, подвижность нравственных ориентиров, ценности — интроекты, склонность идеализировать людей.

Согласно полученным результатам по выборке в целом и отдельно в группе мальчиков, значение для формирования склонности к такому поведению имеют враждебность и непоследовательность со стороны мамы. Отсутствие понимания, какие действия расцениваются родителем как допустимые, приемлемые, поощряемые, а какие как порицаемые, и приводит к тому, что подросток не имеет понятных ему ориентиров.

Также установлено, что чем выше автономия папы, тем ниже склонность девочек к некритичному виктимному поведению. Родители с высокими значениями по шкале «автономность» вмешиваются в жизнь подростка, только когда он сам обращается за помощью.

5. Гиперсоциальное поведение и шкалы:

  • в группе девочек:
    • враждебность со стороны папы, rs = –0,612, p ≤ 0,05;
    • фактор близости со стороны папы, rs =0,625, p ≤ 0,05.

Чем менее враждебен и более близок папа, тем выше склонность девочек-подростков к гиперсоциальному поведению — инициативный тип потерпевшего. Такие подростки ведут себя как «спасатели» из благих побуждений.

6. Уровень реализованной виктимности и шкалы:

  • по выборке в целом:
    • директивность со стороны мамы, rs = 0,370, p ≤ 0,05.

Высокие значения по шкале реализованной виктимности свидетельствуют о том, что подросток часто попадает в опасные ситуации. Причиной такого поведения является внутренняя готовность совершать необдуманные поступки и предрасположенность личности к действиям определенным образом, по конкретным шаблонам. По результатам обработки установлено наличие прямой связи директивности со стороны мамы и реализованной виктимности.

Таким образом, жесткий контроль подростка со стороны мамы связан со склонностью подростка попадать в неприятные ситуации. Значимых связей отдельно в группах мальчиков и девочек не обнаружено.

Выводы исследования

1. Существует связь между склонностью к отдельным видам виктимного поведения и оценкой подростком поведения родителя по трем факторным переменным: принятие — эмоциональное отвержение; психологический контроль — психологическая автономия; скрытый контроль — открытый контроль.

2. Более половины выявленных связей (61%) относится к эмоциональной составляющей оценки подростком поведения родителей. Именно сочетания по переменной «принятие — эмоциональное отвержение родителем» обнаруживают связь со склонностью к виктимному поведению.

3. Обнаруженные связи между склонностью к конкретному виду виктимного поведения и оценкой подростком поведения родителя имеют специфику для мальчиков и девочек. Так, со склонностью подростка к таким видам виктимного поведения, как самоповреждающее, саморазрушающее и агрессивное, связаны особенности поведения родителя того же пола, со склонностью к некритичному поведению — особенности поведения родителя противоположного пола, со склонностью к зависимому поведению и у мальчиков, и у девочек подростков связаны особенности поведения мамы.

Библиографический список

  1. Андронникова О.О. Психологические факторы возникновения виктимного поведения подростков. Новосибирск, 2005. 213 с.
  2. Вассерман Л.И., Горьковая И.А., Ромицина Е.Е. Родители глазами подростка: психологическая диагностика в медико-педагогической практике. СПб.: Речь, 2004. 256 с.
  3. Взаимосвязь стилей воспитания и ранних дезадаптивных схем / Е.Н. Богданов и др. // Прикладная юридическая психология. 2017. № 3(40). С. 83–94.
  4. Воронин Ю.А. Введение в криминологию: курс лекций / Ю.А. Воронин. М.: Флинта; МПСИ, 2008. 256 с.
  5. Воронин Ю.А. Проявление личностных особенностей и социальных ролей потерпевших в механизме детерминации и осуществления преступлений // Виктимология. 2014. № 1. С. 13–16.
  6. Кирякова К.А., Богданович Н.В. Самопринятие социального аспекта Я-образа у подростков // Психология и право. 2014. № 3. С. 56–68.
  7. Коррекция совладающего поведения подростков методами групповой схемотерапии / М.В. Галимзянова и др. // Прикладная юридическая психология. 2018. № 1(42). С. 12–22.
  8. Лефтеров В.А., Вакулич Т.М. Психологические особенности виктимного поведения женщин в ситуациях домашнего насилия // Психология и право. 2013. № 2. С. 1–9.
  9. Пацакула И.И. Социокультурные особенности современной семьи: монография. Калуга: Полиграф – Информ, 2013. 172 с.
  10. Шнайдер Г.Й. Криминология / пер. с нем.; под общ. ред. и с предисл. Л.О. Иванова. М.: Прогресс; Универс, 1994. 504 с.

Источник: Белинская Т.В., Волкова М.К. Исследование склонности к виктимному поведению подростков с разным отношением родителей // Прикладная юридическая психология. 2018. №3(44). С. 94–102.

В статье упомянуты
Комментарии
  • Ольга Альфонсасовна Белобрыкина
    13.12.2023 в 14:15:15

    Результаты по выявлению виктимности слишком сомнительны, так как используемая методика некачественная.

      , чтобы комментировать

    , чтобы комментировать

    Публикации

    Все публикации

    Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

    Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»