16+
Выходит с 1995 года
18 мая 2024
О преодолении эмоциональных разрывов в семье

Екатерина Юрьевна Уголева, заведующая кафедрой семейного консультирования и психотерапии, руководитель программы дополнительного профессионального образования «Семейное психологическое консультирование: системный подход» Института практической психологии «Иматон», директор Центра семейного консультирования, системный семейный терапевт с опытом работы более 30 лет, соучредитель Санкт-Петербургского сообщества специалистов, помогающих семье, выступила с докладом «Особенности преодоления эмоциональных разрывов и влияние данного процесса на изменение качества жизни в современной российской семье» в пленарной части 10-го Зимнего фестиваля Психологической газеты «Счастливая семья — это…».

Речь пойдёт об эмоциональном разрыве и особенностях его преодоления в наши дни, в нашей реальности, в нашей стране.

Эмоциональный разрыв — это одна из концепций, один из параметров уникальной теории семейных систем Мюррея Боуэна. Думаю, многие из присутствующих слышали о ней. Книга была переведена в начале 2000-х годов московскими коллегами, к сожалению, перевод с английского языка пока не самый лучший, и это усложняет понимание некоторых концепций.

Сама теория была сформулирована Мюрреем Боуэном в 1950-х годах, в 1975 году он добавил несколько понятий и сделал основным понятие эмоционального разрыва. Добавил его к некоторым уже существующим понятиям, среди которых была концепция дифференциации Я — способность как личности, так и семейной системы балансировать между импульсами, своей эмоциональной частью и разумной частью.

Мы довольно подробно и долго обсуждаем со студентами на коллоквиумах, что лучше: когда доминирует разумная часть или эмоциональная часть, и выясняем, что дело в балансе. Потому что есть ситуации, когда для достижения оптимального результата людям важно отключить, грубо говоря, мозг и действовать импульсивно… В каких-то случаях, наоборот, наши эмоции важно отодвинуть и действовать безэмоционально, разумно, чётко.

Еще одно важное понятие — понятие «треугольников». Треугольник в семейной системе — это минимальная строительная единица, «кирпичик» семейной системы. Это очень важный момент, он ведет к борьбе с линейной логикой. Мы привыкли, и при обучении психологии в нас вбивается, что при попытке ответить на вопрос «почему» мы часто слышим такие рассуждения: «У меня это, потому что у моей мамы было это, а у бабушки было это…» Но это нежизнеспособное утверждение. Бабушка одна не жила, и мама появилась не от одной бабушки… Когда мы начинаем оперировать понятием треугольников, у нас появляется 3D-видение.

Остальные понятия теории семейных систем, пожалуй, только упомяну: это концепции межпоколенческой передачи, сиблинговой позиции, семейной проекции.

Перейдем к концепции эмоционального разрыва. Первоначально Боуэн определяет эмоциональный разрыв как попытку членов семьи или кого-то из членов семьи порвать со своим прошлым, т.е. с частью семьи, с целью выстраивать жизнь в собственном поколении.

Эмоциональный разрыв может быть временным и хроническим.

Временный эмоциональный разрыв, думаю, знаком всем присутствующим. Это когда мы поругались с кем-то из близких или не очень близких: с мамой перестали общаться на несколько дней, недель, лет… с папой, с дядей, с тётей, с двоюродной сестрой… Вот такой временный эмоциональный разрыв, это, кстати, необязательно конфликт, просто люди могли перестать общаться вследствие… Да вообще неважно, кстати, вследствие чего, ответ на этот вопрос тоже будет уже в линейной логике. Просто перестали общаться. Например, у одной сестры родились детки, у другой тоже родились детки, и им стало не до общения, они не виделись несколько лет и даже не поздравляли друг друга с праздниками. А потом случайно встретились где-то на дне рождения и возобновили общение.

Очень часто после временного эмоционального разрыва отношения начинают выстраиваться иным образом. Временный эмоциональный разрыв может быть даже полезным, если он происходит, так скажем, здесь и сейчас, с ныне живущими членами нашей семьи, нашими близкими.

Но существуют длительные или хронические эмоциональные разрывы, которые мы видим практически в любой российской семье. Конечно, не только российской, но я сейчас не берусь рассуждать о семьях других культур, это отдельный разговор.

Наши студенты при построении генограммы иногда неожиданно, иногда ожидаемо сталкиваются с такими хроническими разрывами на «верхних этажах», в старших поколениях, поколениях прабабушек-прадедушек.

Часто полностью прервана связь с кем-то из когда-то живых наших родственников или с частью семьи, иногда с огромной частью семьи, иногда с несколькими ветвями.

Обычно люди совершенно не отдают себе в этом отчёт и даже поначалу могут быть не согласны с тем, что это имеет какое-то влияние на их жизнь здесь и сейчас, например, в их браке.

Но если смотреть на любой вопрос системно, то выясняется, что это не просто имеет значение здесь и сейчас… И без всяких мистификаций, я их кстати очень не люблю — всякие придумки, что там у кого было, кто что кому сказал. Если мы чего-то не знаем, можем просто в своей генограмме поставить вопросик и исследовать этот момент. Часто такие исследования дают очень хороший результат.

Часто хронический эмоциональный разрыв сопровождается тайной или «псевдотайной».

Тайна — когда нельзя говорить о чем-то, например, о прадедушке. Вы подошли к бабушке, спросили, а она напряглась или даже разозлилась, отвернулась и говорит: «Нечего тебе про него знать!»

Часто на такую реакцию мы неожиданно наталкиваемся, и я всегда рекомендую не расстраиваться и немножечко успокоить наших близких, объяснить им, что мы не в каких-то страшных, злых целях это делаем, что всё хорошо и никому мы не будем персонально об этом рассказывать.

Тайна — это как пробка в бутылке, которая не дает нам доступа к самой информации.

Еще хуже действует «псевдотайна». Когда все члены семьи или многие из них знают о том, что было, но делают вид, что не знают, и никто не может об этом говорить. Получается двойная такая пробка. Это еще добавляет напряжения и усиливает тревогу, усиливает влияние на то, что происходит сейчас.

При наличии хронических эмоциональных разрывов, сопровождающихся тайнами, напряжением, высоким уровнем тревоги, людям бывает невероятно сложно дифференцироваться либо сепарироваться друг от друга. Опереться не на что. Уровень симбиотической связи очень высокий.

Часто мы сталкиваемся с тем, что клиент говорит: «А у меня нет папы». Слышали такую фразу? Никогда на этой фразе не останавливайтесь. Я всегда спрашиваю, где он, что он… Часто оказывается, что он жив-здоров. Но после этого человек, взрослый умный человек говорит: «Он нас бросил, он от нас ушёл, он мне не важен, не нужен, я самодостаточная личность». Это говорит об очень высоком уровне симбиоза. Этот человек слит со своей мамой, потому что во взрослом возрасте говорит её словами, живёт в иллюзиях.

Вместо папы у него черная дыра. А можно ли отделиться от ничего? Тем более от черной дыры? Это невозможно. Во-первых, на неё не опереться, во-вторых, она ещё и засасывает, затягивает, то есть повышает уровень тревоги….

В наши дни — и это я говорю не потому, что я вот такой страшный оптимист, — я вижу часто удачные попытки преодоления эмоциональных разрывов. Я бы назвала их интуитивными. Это, конечно, и поход на семейную системную терапию. И еще огромный интерес у людей существует уже лет 10–20, наверное, к получению информации по поводу собственной генеалогии: исследуют, изучают на разных сайтах, ходят в архивы.

Полная видеозапись первой части пленарных выступлений, доклад Е.Ю. Уголевой начинается на 25:30:

Теме эмоциональных разрывов и работе по их преодолению было посвящено и практическое занятие, которое провела Е.Ю. Уголева в рамках Зимнего фестиваля. Полная видеозапись мастер-класса:

Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»