16+
Выходит с 1995 года
27 февраля 2024
Психологическая диагностика когнитивного дизонтогенеза

В клинической психологии детей и подростков изучение патологии познавательного развития, или когнитивного функционирования (как принято определять это в настоящее время), является ключевым направлением экспериментально-психологических и научно-практических работ [1]. Для отдела медицинской психологии (лаборатория патопсихологии) Научного центра психического здоровья это направление исследований было заложено такими известными психиатрами, как А.В. Снежневский и М.Ш. Вроно, и психологами во главе с Ю.Ф. Поляковым еще в 70–80-х годах прошлого века [2–5]. Так, Н.П. Щербакова [3], исследуя мышление у подростков по показателям избирательности и коэффициента стандартности, отметила значительное сходство в картине познавательного статуса подростков в норме и при шизофрении. В дальнейшем Т.К. Мелешко и соавт. [4, 5] теоретически и экспериментально выделили особый тип становления познавательной деятельности у больных шизофренией детей по сравнению со здоровыми. Выявленные изменения соотношения и динамики развития существенных сторон познавательной деятельности (операционной и предметно-содержательной), снижение темпа формирования и особый характер становления избирательности познавательной деятельности, методический инструментарий послужили основой для дальнейших разработок в рассматриваемой области [6–8].

Современное состояние обсуждаемого вопроса требует более детального рассмотрения дифференциальной диагностики отдельных форм заболеваний у детей и подростков, в том числе с учетом времени начала болезни, ее длительности и степени тяжести. При этом необходимо иметь в виду, что исследования в клинической психологии всегда требуют рассмотрения групп сравнения и нормативной выборки. В последнем случае принято опираться на так называемую практическую норму, т.е. на детей и подростков, которые не обращались за лечением к психиатру, успешно обучающихся в общеобразовательных учреждениях [9].

Если обратиться к истории вопроса, то следует отметить, что первоначально исследовательская работа строилась с опорой на представления о видах психического дизонтогенеза при шизофрении, которые были описаны О.П. Юрьевой [10] как дизонтогенез искаженного и задержанного типов. Одной из первых работ по изучению нарушений познавательного развития (мыслительной деятельности) у детей при разных вариантах психического дизонтогенеза при шизофрении (искаженный и задержанный типы, по О.П. Юрьевой) была работа С.М. Алейниковой (цит. [2]).

С конца 80-х годов исследования в этом направлении были продолжены в соответствии с типологией психического дизонтогенеза В.В. Лебединского [11], отраженной в его концепции, интегрирующей представления психиатров и психологов. Психический дизонтогенез психологи рассматривают как многоуровневое образование, допускающее гетерохронию и асинхронию таких видов развития, как моторное, познавательное (когнитивное), эмоциональное, личностное. Существенное значение при этом имеют сохранность / дефицитарность или своеобразие развития мотивации и ее аспектов, произвольной регуляции деятельности, социализации.

Психический дизонтогенез (как измененный вариант онтогенеза) — наиболее общее понятие, включает совокупность нарушений психического развития при различных вариантах патологии, возникающих под влиянием биологических, социальных и психологических причин. Все это позволяет говорить о проявлениях психического дизонтогенеза в разных сферах психики: когнитивной (сенсорной, перцептивной, интеллектуальной), эмоционально-личностной, социальной [12].

Системный многодисциплинарный подход к диагностике и абилитации детей и подростков, страдающих расстройствами шизофренического (РШС) и аутистического (РАС) спектра, требует четкой и слаженной командной работы различных специалистов — психиатров, неврологов, психологов, нейрофизиологов, дефектологов. Участие клинических психологов в данном процессе является важной и неотъемлемой частью общей работы, направленной на решение клинико-психологической диагностики РАС и РШС. При этом патопсихологическая диагностика не может сводиться только к оценке умственных способностей (например, величина IQ). В отечественной и зарубежной литературе при оценке когнитивных нарушений при шизофрении на разных этапах развития болезни в качестве методического инструментария используются разные психометрические инструменты и экспериментальные методики [13–18]. Их разнообразие не всегда позволяет напрямую соотносить результаты отечественных и зарубежных исследователей [19].

На основе полученных ранее данных о своеобразии познавательного развития детей и подростков при расстройствах круга шизофрении, в том числе при наличии аутистических расстройств и признаков психического дизонтогенеза при разных вариантах психической патологии, по результатам многодисциплинарного исследования детской шизофрении, аутистических расстройств и других форм психической патологии, Н.В. Зверевой [20] был предложен термин «когнитивный дизонтогенез». Первоначально термин возник как необходимое звено в теоретическом осмыслении специфики когнитивного развития детей при шизофрении. Дальнейшие исследования показали эвристичность предложенного термина и позволили провести ряд дополнительных масштабных исследований в направлении выделения вариантов когнитивного дизонтогенеза (первоначально на модели шизофрении, впоследствии и РАС) и изучения возрастной динамики когнитивного развития (в том числе с вариантами когнитивного дизонтогенеза) и типологии дефекта при РШС [6–8, 21, 22]. Эти экспериментально-психологические исследования позволили разработать и предложить для практического применения в психологии и психиатрии инструментарий психологической диагностики у детей и подростков [23, 24]. Изложению этих методов посвящена основная часть статьи.

Диагностика видов когнитивного дизонтогенеза при шизофрении и других психических расстройствах

Типология когнитивного дизонтогенеза разрабатывалась с 2005 г. [6], и в настоящее время на ее основе проводится патопсихологическое дифференциально-диагностическое исследование РАС и РШС.

На первых этапах работы ценным оказалось применение психолого-образовательного теста (Psychoeducational Profile — PEP) и разработанной в лаборатории патопсихологии Научного центра психического здоровья батареи патопсихологических методик: «Фигуры Липера», «Идентификация формы», «Конструирование объектов», «Малая предметная классификация». Экспериментальные исследования состояния восприятия, мышления и мелкой моторики больных легли в инструментальную основу алгоритма обследования больных, было получено соответствие результатов PEP и патопсихологических методик в диагностике РАС и РШС.

Алгоритм проведения патопсихологического обследования предполагает определение диагностических патопсихологических маркеров РАС и РШС для потенциального использования в качестве дополнительного дифференциально-диагностического инструмента при клиническом обследовании пациентов.

Клинико-психологическая квалификация видов когнитивного дизонтогенеза позволяет получить необходимые данные и показать особенности возрастной динамики, дать характеристику специфичности когнитивных нарушений у больных с РАС и РШС с учетом ряда параметров (клинических, половозрастных). Данный комплексный подход патопсихологического обследования больных позволяет отслеживать динамику состояния пациентов, определять нормативность-специфичность их психического развития (в отношении тестируемых психических процессов когнитивного развития) на разных этапах течения болезни.

В рамках квалификации когнитивного дизонтогенеза при шизофрении были выделены следующие его виды: искаженный, дефицитарный, регрессивно-дефектирующий.

Выделенные теоретически варианты когнитивного дизонтогенеза оказались связанными с конкретными параметрами выполнения PEP. Так, искаженный вид когнитивного дизонтогенеза характеризуется диссоциированным развитием по когнитивным шкалам PEP, отмечаются дезинтегративность когнитивных представлений и вербальной зоны при высоком уровне их развития, близость к норме по шкале «восприятие», отставание от нормы по шкале «мелкая моторика». Дефицитарный вид когнитивного дизонтогенеза проявляется в выраженной диссоциации в развитии разных сфер психической деятельности, неоднородности отставания по когнитивным шкалам, небольшом отставании от нормы по шкале «восприятие», выраженном отставании от нормы по шкалам «мелкая моторика», «когнитивные представления» и «вербальная зона» (по шкалам PEP). Регрессивно-дефектирующий вид когнитивного дизонтогенеза проявляется выраженной диссоциированной ретардацией в развитии разных сфер психической деятельности, грубом отставании от нормы по шкалам «восприятие», «мелкая моторика», «когнитивные представления» и «вербальная зона» (также с опорой на материалы PEP).

На рис. 1 и 2 представлены соответствующие профили, которые для удобства сравнения изображены едиными блоками.

Применение патопсихологических методик показывает, что искаженный когнитивный дизонтогенез, отставая от нормы по уровню развития мышления и мелкой моторики, опережает норму по предметно-содержательному и операционному компонентам зрительного восприятия в отличие от дефицитарного и регрессивно-дефектирующего видов такого дизонтогенеза, которые отстают от нормы по всем оцениваемым психическим функциям. Наибольшее грубое отставание наблюдается в группе с регрессивно-дефектирующим видом, а дефицитарный вид когнитивного дизонтогенеза занимает промежуточное положение между выделенными видами (см. рис. 2).

Оказалось, что дети с искаженным видом когнитивного дизонтогенеза чаще заболевают после 36 мес, т.е. 3 лет. Для детей с дефицитарным и регрессивно-дефектирующим видами когнитивного дизонтогенеза характерным оказалось начало заболевания до 18 мес, т.е. 1,5 года, причем возраст ребенка к периоду начала заболевания в группе с регрессивно-дефектирующим видом когнитивного дизонтогенеза зачастую приходится именно на 18 мес.

Имеющиеся в литературе данные и собственные наблюдения, полученные на основе экспериментально-психологических исследований детей и подростков с эндогенной психической патологией (прежде всего разных форм шизофрении), дают основание рассматривать следующие варианты когнитивных нарушений:

  • изменение темпов формирования и уровня развития и/или функционирования отдельных высших психических функций по сравнению с нормой (как в сторону отставания, так и в сторону опережения или сложных сочетаний ретардации и акселерации различных психических процессов или их компонентов);
  • отдельные изменения мышления, памяти, внимания и т.п. в связи с заболеванием могут проявляться как когнитивный дефицит, когнитивный дизонтогенез и дефект в когнитивной сфере.

Когнитивный дизонтогенез как особый тип развития характеризуется асинхронией, ретардацией и сочетанием отклонений темпов развития отдельных компонентов психических функций (по видам высших психических функций, их структуре и модальности осуществления).

После применения психолого-образовательного профиля были использованы патопсихологические средства оценки, позволяющие сопоставить когнитивное развитие детей с тяжелыми формами РАС и разными вариантами детской шизофрении — шизофрения детского типа (ШДТ) и шизотипическое расстройство (ШТР). Характеристика больных представлена в табл. 1. Из данных табл. 1 видно, что в клинических выборках преобладали мальчики.

При психологическом обследовании детей основной акцент был сделан на изучении трех базовых познавательных процессов — память, внимание, мышление [23, 24], оценивали когнитивный дизонтогенез и когнитивный дефект в сопоставляемых выборках [6, 8, 25, 26].

Распределение вариантов когнитивного дизонтогенеза и когнитивного дефекта представлено в табл. 2.

Из данных табл. 2 следует, что когнитивное развитие детей и подростков при шизофрении и РАС преимущественно представлено вариантами когнитивного дизонтогенеза (дефицитарный, регрессивно-дефектирующий), а в меньшей степени — вариантами нормального развития в представленной нами выборке пациентов при оценке по трем параметрам базовых психических процессов — без искаженного. Все три выборки значимо различаются по частоте представленности тотального дефекта (в нашей работе соотносится с регрессивно-дефектирующим видом дизонтогенеза). Сопоставление трех выборок детей с расстройствами шизофренического и аутистического спектров, проходивших лечение в психиатрическом стационаре, показывает наличие общих вариантов нарушенного когнитивного развития, проявляющегося в сходных вариантах когнитивного дизонтогенеза и связанных с ним типах дефекта вследствие заболевания (парциальный и тотальный дефект и соответствующие им дефицитарный и регрессивно-дефектирующий виды дизонтогенеза).

Профили когнитивных нарушений имеют особенности при каждом из сопоставляемых видов психической патологии, при этом дети с РАС имеют сходство с детьми с ШДТ по большинству оцениваемых познавательных параметров (на основании примененных методик диагностики), но значимо отличаются от детей с ШТР по наличию видов когнитивного дизонтогенеза и дефекта [27].

Классические патопсихологические методики, направленные на оценку познавательной сферы, разрабатывались в практике индивидуально-психологической диагностики больного и традиционно были ориентированы на качественный анализ результатов. Этот подход удобен при описании индивидуальной типологической картины нарушенного познавательного развития конкретного больного. Однако в оценке закономерностей нарушения познавательной сферы (выявлении вида когнитивного дизонтогенеза) у детей и подростков с разными формами психических нарушений оказывается удобным и востребованным количественный подход, основанный на соотнесении индивидуальных показателей больного с возрастными нормативами. Наиболее четкие результаты такой подход демонстрирует в отношении произвольной памяти, внимания и мышления — познавательных процессов, для которых существуют традиционные количественные показатели. Неслучайно именно эти показатели большинство зарубежных авторов [15, 17] рассматривают в контексте описания когнитивного дефицита.

В практике работы патопсихолога часто требуется оценить нормативность функционирования того или иного психического свойства или функции. Эту задачу можно решать разными путями, но, имея в виду квалификацию структуры нарушенного когнитивного функционирования у конкретного больного, нам представляется удобным подход с опорой на количественную оценку выраженности дефицита когнитивных функций по отношению к возрастной норме. Такой подход был описан нами ранее [21]. Он позволяет оценить степень близости или отклонения функционирования отдельного познавательного процесса у конкретного больного по отношению к среднему нормативному показателю здоровых. Это дает возможность перейти от абсолютных показателей к относительным, в которых отражена степень близости или отдаленности по отношению к соответствующему возрасту (z-шкалы). Явным преимуществом здесь становится возможность сопоставить между собой показатели по разным методикам оценки разных познавательных процессов, а также показатели детей и подростков разного возраста.

Однако оценка дефицитарности / сохранности отдельных познавательных процессов сама по себе представляется недостаточной и малоинформативной для квалификации структуры нарушения когнитивного функционирования больного. Важный шаг — соотнесение этих показателей по нескольким сферам между собой. Полученные результаты отражают варианты нарушенного когнитивного развития. Описанные возможности иллюстрируются на примере трех показателей когнитивного функционирования: объем непосредственной памяти (показатель памяти, НП), время выполнения таблиц Шульте (показатель внимания, ТШ), коэффициент стандартности в конструировании объектов (показатель мышления, КС). Оценку данных показателей проводили на выборке детей и подростков, госпитализированных в детское клиническое отделение Научного центра психического здоровья: 246 больных в возрасте от 7 до 16 лет. Диагнозы (по МКБ-10) больных были поставлены лечащими врачами: F07 — расстройства личности и поведения вследствие резидуально-органических повреждений или дисфункций головного мозга; F21 — ШТР; F2x.x — больные с уточненными (гебефренная, кататоническая, параноидная) и неуточненными формами шизофрении; F20.8 — ШДТ; F23 — реактивные и другие острые и преходящие психотические расстройства; F25 — шизоаффективное расстройство; F32 — депрессивный эпизод у личности с шизоидными чертами; F42 — обсессивно-компульсивное расстройство; F9x — гиперкинетическое и несоциализированное расстройство поведения. Результаты приведены в табл. 3.

На основе «сырых» показателей НП, ТШ и КС с помощью z-значений для каждого больного относительно его возрастной нормы были вычислены соответствующие показатели дефицита (zНП, zTШ, zKС). Сохранность / выраженность нарушений указанных показателей дефицита оценивали пороговыми z-значениями: нормативным уровнем считали те значения, которые не превышали отклонение в 1 z-балл от среднего (z=0); отклонение от 1 до 2 z-баллов рассматривали как умеренное; выраженными отклонениями от нормы считали отклонения в 2 z-балла и более.

На основе изложенной выше оценки были выделены 6 возможных типов когнитивного развития или дизонтогенеза (рис. 3):

  • дефект — все показатели когнитивных процессов имеют выраженное отклонение (z меньше –2);
  • выраженный дефицит — один из трех вариантов: 1) хотя бы один из показателей имеет выраженное отклонение (z меньше –2), остальные — умеренное отклонение (–2 меньше z меньше –1); 2) хотя бы один из показателей имеет выраженное отклонение (z меньше –2), остальные — в норме (–1 меньше z меньше l); 3) один из показателей имеет выраженное отклонение (z меньше –2), один — умеренное отклонение (–2 меньше z меньше –1), один — в норме (–1 меньше z меньше 1);
  • умеренный дефицит — хотя бы один из показателей имеет умеренное отклонение (–2 меньше z меньше –1), остальные — в норме (–1 меньше z меньше 1);
  • норма — все показатели отклоняются от среднего не более чем на 1 z-балл (–1 меньше z меньше l);
  • искаженное когнитивное развитие — хотя бы один из показателей ниже нормы (–1 меньше z) и хотя бы один показатель выше нормы (z больше 1);
  • опережающее развитие — хотя бы один из показателей выше нормы (z больше 1), остальные — в норме (–1 меньше z меньше 1).

Полученные данные могут быть представлены и в виде профилей когнитивного развития. В этом случае проценты показывают соотношение выделенных нами типов когнитивного развития в каждой диагностической группе. При анализе профилей выявляются черты их сходства и различия между диагностическими группами. Так, группа больных с резидуально-органическими поражениями и дисфункцией головного мозга (F07), даже учитывая ее немногочисленность, демонстрирует наибольшую долю больных с дефектом в когнитивном функционировании, в этой группе нет больных с элементами опережения или искаженного когнитивного развития.

Группы больных с поведенческими (F9x) и шизотипическими расстройствами (F21) и с уточненными и неуточненными формами шизофрении (F2x.x) показывают сходный профиль когнитивного функционирования: во всех группах минимальный уровень когнитивного дефекта, одинаковые доли больных с элементами опережения в когнитивном развитии и близкие по уровню доли остальных вариантов когнитивного развития / дизонтогенеза. Сравнение распределения профилей в этих трех группах (F9x, F21, F2x.x) также не показало значимых различий (р=0,989).

Профиль когнитивных типов в группе больных с детским типом шизофрении (F20.8) напоминает описанный выше профиль, но отличается значительно большим уровнем дефицитарности: в сумме доля дефекта, выраженного и умеренного дефицитов превышает 90% больных в этой группе. Сравнение профиля этой группы показывает значимые различия с группой F21 (р=0,014), различия на уровне тенденции с группой F2x.x (р=0,119).

Некоторые особенности имеют и профили типов когнитивного развития в группах с реактивными и другими психотическими расстройствами (F23), шизоаффективными расстройствами (F25) и у больных с депрессивным эпизодом (F32). Ни в одной из этих групп нет больных с когнитивным дефектом, что отличает их от групп больных шизофренией. Совокупный уровень дефицита в группе F25 приближается к 80%. Стоит отметить, что эта черта (наличие дефицитарности в когнитивной сфере более чем у 2/3 больных) сближает группы больных шизофренией (F21, F2x.x, F25) с психотической симптоматикой (F23) и поведенческими расстройствами. Напротив, группа F32 демонстрирует невысокий уровень когнитивного дефицита (суммарно выраженный и умеренный дефицит встречается менее чем у 40% таких больных), но показывает самую высокую долю больных с искаженным когнитивным развитием и с элементами опережающего когнитивного развития.

Полученные данные позволяют предположить, что разработанная модель профилей когнитивного развития имеет определенную диагностическую ценность, давая возможность с некоторой долей вероятности сделать заключение о типичной картине когнитивных нарушений при разных вариантах психической патологии. Стоит также отметить, что представленная модель носит отчасти предварительный характер и нуждается в дальнейшей проверке на большем количестве показателей когнитивного функционирования (в данной модели использовано всего 3 показателя). Однако даже на данном этапе можно сделать вывод о применимости данного подхода в психодиагностической деятельности патопсихолога при решении, например, таких задач, как участие в дифференциальной диагностике.

Заключение

В статье обсуждается возможность психологической диагностики когнитивного дизонтогенеза средствами отечественных патопсихологических методик. Использование методик, направленных на оценку состояния различных познавательных процессов (памяти, внимания, мышления), позволяет дать оценку типа нарушенного познавательного развития в терминах когнитивного дизонтогенеза не только для детей и подростков с эндогенной патологией круга шизофрении и аутистического спектра, но и при других вариантах психической патологии детского и подросткового возраста.

Представленные два варианта оценки когнитивного дизонтогенеза (с опорой на психометрические данные внутри одной нозологии и без опоры на психометрические данные с оценкой разных диагностических групп только патопсихологическими методами) достаточно убедительно демонстрируют возможности предлагаемой оценки результатов патопсихологической диагностики. Разработанные в Научном центре психического здоровья диагностические подходы в доступной форме изложены в методических рекомендациях [23], с опорой на которые и проводились все представленные исследования.

Для психиатров квалификация нарушенного развития в терминах когнитивного дизонтогенеза позволяет уточнить прогноз познавательного развития и, возможно, обозначить образовательную траекторию пациентов с разными вариантами психической патологии, а не только эндогенного круга. Для клинических психологов наличие подробно описанного патопсихологического инструментария с возрастными нормативами и примерами ее использования, приведенными в настоящей статье, делает патопсихологическую диагностику когнитивного дизонтогенеза у детей и подростков с разными видами психической патологии более доступной.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Литература

  1. Зверева Н.В. Когнитивные нарушения и особенности познавательного развития при эндогенной психической патологии у детей и подростков. Психиатрия. 2013;3(59):10-15.
  2. Экспериментально-психологические исследования патологии психической деятельности при шизофрении. Под ред. Ю.Ф. Полякова М., 1982.
  3. Щербакова Н.П. Сравнительное изучение особенностей мышления у подростков, здоровых и больных шизофренией. Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1976;76(12):1834-1839
  4. Мелешко Т.К., Алейникова СМ., Захарова Н.В. Особенности формирования познавательной деятельности у детей, больных шизофренией. Проблемы шизофрении детского и подросткового возраста. Под ред. Вроно М.Ш. М., 1986.
  5. Критская В.П., Мелешко Т.К., Поляков Ю.Ф. Патология психической деятельности при шизофрении: мотивация, общение, познание. М.: МГУ, 1991.
  6. Коваль-Зайцев A.A. Типология когнитивного дизонтогенеза при аутистических расстройствах процессуального генеза в детском возрасте. [Электронный ресурс]. Медицинская психология в России: электронный научный журнал. 2011;1.
  7. Хромов А.И. Динамика памяти и внимания у детей и подростков с эндогенными психическими заболеваниями в процессе фармакотерапии [Электронный ресурс]. Психологические исследования: электронный научный журнал. 2011;4(18). Ссылка активна на 20.04.18. http://psystudy.ru/index.php/num/2011n4-18/520-khromovl 8.html
  8. Строгова С.Е. Психометрический метод в оценке видов когнитивного дефекта при шизофрении у детей и подростков. Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Психология. 2014;7(4):37- 43. Ссылка активна на 20.04.18. https://vestnik.susu.ru/psvchologv/article/view/2938/2783
  9. Зверева H.B., Горячева Т.Г. Клиническая психология детей и подростков. М.: Академия, 2013.
  10. Юрьева О.П. О типах дизонтогенеза у детей, больных шизофренией. Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1970;70:8: 1129-1235.
  11. Лебединская К.С., Лебединский В.В. Нарушение психического развития в детском и подростковом возрасте. М.: Академический проект; Трикста, 2011.
  12. Зверева H.B., Коваль-Зайцев А.А. Когнитивный дизонтогенез при расстройствах аутистического спектра и эндогенной психической патологии у детей и подростков. Вестник Совета молодых ученых и специалистов Челябинской области. 2016;4(2):12-18.
  13. Fujino H, Sumiyoshi C, Yasuda Y, Yamamori H, Fujimoto M, Fukunaga M, Kawano N. Estimated cognitive decline in patients with schizophrenia: a multicenter study. Psychiatry and clinical neurosciences. 2017;71(5):294-300. https://doi.org/10.1111/pen.12474
  14. Fuller R, Nopoulos P, Arndt S, O’Leary D, Но ВС, Andreasen NC. Longitudinal assessment of premorbid cognitive functioning in patients with schizophrenia through examination оf standardized scholastic test performance. American Journal of Psychiatry. 2002;159(7):1183-189. https://doi.org/10.1176/appi.ajp.159.7.1183
  15. Gochman PA, Greenstein D, Sporn A, Gogtay N, Keller B, Shaw P, Rapoport J L. IQ stabilization in childhood-onset schizophrenia. Schizophrenia Research. 2005;77(2):271-277. https://doi.org/10.1016/j.schres.2005.04.002
  16. Keefe RS. Should cognitive impairment be included in the diagnostic criteria for schizophrenia? World Psychiatry. 2008;7(l):22-28. https://doi.org/10.1002/j.2051-5545.2008.tb00142.x
  17. Reichenberg A, Caspi A, Harrington H, Houts R, Keefe RS, Murray RM, Moffitt ТЕ. Static and dynamic cognitive deficits in childhood preceding adult schizophrenia: a 30-year study. American Journal of Psychiatry. 2009;167(2):160-169. https://doi.org/10.1176/appi.ajp.2009.09040574
  18. Янушко М.Г., Иванов M.B., Сорокина А.В. Когнитивные нарушения при эндогенных психозах: современные представления в свете дименсионального подхода. Социальная и клиническая психиатрия. 2014;24(1):90-95.
  19. Алфимова M.B. Оценка когнитивного дефицита при шизофрении: современные задачи. Экспериментальные методики патопсихологии и опыт их применения (к 100-летию С.Я. Рубинштейн). М., 2011;25-27.
  20. Зверева Н.В. Когнитивный дизонтогенез как характеристика познавательного развития при шизофрении в детском возрасте. Другое детство. Сборник научных статей. М.: МГППУ, 2009.
  21. Зверева H.B., Хромов А.И. Специфика когнитивного дефицита у детей и подростков при шизофрении: клинические и возрастные факторы. Медицинская психология в России: электронный научный журнал. 2014;6(1):1-26. Ссылка активна на 20.04.18. http://mpri.ru/archiv global/2014 1 24/nomer05.php https://doi.org/10.24411/2219-8245-2014-00005
  22. Зверева H.B., Хромов А.И. Варианты когнитивного развития при различных формах шизофрении у детей и подростков. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2014;114(12-1):42-47.
  23. Зверева H.B., Коваль-Зайцев A.A., Хромов А.И. Патопсихологические методики оценки когнитивного развития детей и подростков при эндогенной психической патологии (зрительное восприятие и мышление). Методические рекомендации. М.: Издательство МБА, 2014.
  24. Зверева H.B., Хромов А.И., Сергиенко А.А., Коваль-Зайцев A.A. Клинико-психологические методики оценки когнитивного развития детей и подростков при эндогенной психической патологии (память и внимание). М.: Сам полиграфист, 2017.
  25. Зверева H.B., Коваль-Зайцев A.A. Диагностика когнитивного дизонтогенеза при расстройствах шизофренического спектра в детском возрасте. Мир психологии. 2010;1:145-156.
  26. Зверева Н.В. Психический и когнитивный дизонтогенез в детской клинической психологии. Медицинская (клиническая) психология: традиции и перспективы. Коллективная монография. К 85-летию Юрия Федоровича Полякова. М., 2013:121-131.
  27. Зверева Н.В. Когнитивный дизонтогенез при расстройствах аутистического и шизофренического спектра (структура, содержание, виды). Психическое здоровье детей страны — будущее здоровье нации. Сборник материалов Всероссийской конференции по детской психиатрии и наркологии. М.: Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского, 2016.

Источник: Зверева Н.В., Коваль-Зайцев А.А., Хромов А.И. Психологическая диагностика когнитивного дизонтогенеза // Журнал неврологии и психиатрии им. C.C. Корсакова. 2018. Том 118. №5. Выпуск 2. С. 3–11. DOI: 10.17116/jnevro2018118523

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»