
Как известно читателям профессиональной периодики, в том числе и аудитории «Психологической газеты», методологические проблемы практической психологии — тема, которая находится в фокусе моих профессиональных интересов. Поэтому любые публикации, в которых затрагивается эта проблематика, не могут оставлять меня равнодушным. В этом контексте для меня стало важным событием появление статьи, где поставлен вопрос о «консультативной психологии» как научной специальности. Данная публикация возвращает нас к остро актуальной фундаментальной теме — о соотношении науки и практики.
Этот вопрос имеет уже достаточно солидную современную историю в отечественной психологии1. В частности, начиная с 90-х годов прошлого века, высказывается мысль о том, что для оценки практической психологии некорректно применять критерии, созданные для характеристики психологии как науки2. Эта мысль получила далее развитие в нашей совместной с Ю.М. Забродиным работе, опубликованной в начале этого века3, где дано сравнение существующих определений «практической психологии». В нашем случае всё это станет основой для обоснования выделения практической психологии как возможного отдельного научного направления.
Отметим, что выделение любого нового научного направления — сверхсложная задача, решение которой не может быть вне логики понимания науки как таковой. И здесь важны критерии выделения, позволяющие четко видеть как специфику предмета нового направления, так и своеобразие его цели, методов и т.п.
В этом плане, читая статью В.Ю. Меновщикова «Консультативная психология как научная специальность: утопия или реальность?», я всё время задавал себе вопрос: есть ли у нас профессиональные основания выделения каждого «вида работы» практической психологии (диагностика, консультирование, просвещение, профилактика, коррекция и т.п.) в отдельную научную дисциплину?
Обсуждая вопрос об общих определениях, подводящих нас к предмету исследования и истории вопроса, автор упомянутой выше статьи пишет, что «…научная специальность — узкая область исследований в рамках более широкой научной отрасли, которая определяет направление научной деятельности». Это принципиально важная точка отсчёта для дальнейшего анализа, т.к. от неё выстраиваются все остальные рассуждения.
На данный момент, судя по имеющейся информации, самой «широкой научной отраслью» у нас является «Психология». В номенклатуре научных специальностей (утверждена Минобрнауки, приказ № 118, 2021 г.) выделена группа 5.3 «Психология», а в ней девять специальностей:
5.3.1 — Общая психология, психология личности, история психологии
5.3.2 — Психофизиология (учёные степени присуждаются и по психологическим, и по биологическим наукам)
5.3.3 — Психология труда, инженерная психология, когнитивная эргономика (психологические и технические науки)
5.3.4 — Педагогическая психология, психодиагностика цифровых образовательных сред
5.3.5 — Социальная психология, политическая и экономическая психология
5.3.6 — Клиническая психология (первоначально называлась «Медицинская психология», позже переименована; степени по психологическим и медицинским наукам)
5.3.7 — Возрастная психология
5.3.8 — Коррекционная психология и дефектология
5.3.9 — Юридическая психология и психология безопасности.
Возвращаясь к цитируемой выше статье, мы выделим в ней следующее:
- «Утверждения о том, что практическая психология не считается наукой, а сами практические психологи, по сути, являются шарлатанами, были широко распространены (Иванов, Штроо, 2018)».
- «… две ветви: фундаментальную (академическую) и практическую (консультативную, психотехническую) (Василюк, 1996)».
Добавлю от себя сюда еще цитату из второго источника:
«… преобладают пока мутноватые воды самоуверенного дилетантизма ... разрыв между психологической практикой и наукой стал увеличиваться и достиг угрожающих размеров. Самое тревожное, что это расщепление, проходящее по телу психологии, никого особенно не волнует — ни практиков, ни исследователей» (Василюк Ф.Е., 1996, с. 25–26)
Итак, для последующего анализа принципиально важно получить ответы на следующие вопросы:
1) что является «широкой научной отраслью» и что мы определим как «узкую область исследований» в рамках «широкой научной отрасли»?
2) каково содержание термина «практическая психология», может ли она рассматриваться как наука (научное направление)?
3) каковы последствия «дробления» психологии на мелкие составляющие?
На первый вопрос у меня есть очевидный ответ: широкой научной отраслью может стать «Практическая психология» (аналог «Общей психологии» в существующей номенклатуре научных специальностей). При этом важно отметить, что научные основания психологической практики не могут быть определены без выделения предмета «практической психологии».
Мой ответ на второй вопрос следующий: понятие «практическая психология» — максимально широкое. Оно охватывает всё содержание профессиональной деятельности тех специалистов, которые, опираясь на имеющийся арсенал знаний, накопленных в психологии, оказывают психологическую помощь нуждающимся. Как следствие, его содержание как научной дисциплины в самом общем виде может раскрываться следующим образом:
«Практическая психология — одно из прикладных направлений научной психологии, в задачи которого входят:
а) изучение психологических феноменов, закономерностей, возникающих при оказании психологической помощи и специфики деятельности практического психолога в тех или иных сферах человеческой деятельности, развития его личности;
б) научное обоснование создания и применения способов такой помощи;
в) определения критериев ее эффективности и качества».
Соответственно здесь предметом анализа являются те явления внутреннего мира личности/группы, те закономерности процесса и выбора способов психологической помощи, критериев ее эффективности и качества, которые возникают в процессе работы психолога-практика, его профессионального взаимодействия с теми, кто обратился за помощью. Последний решает психологические задачи, предъявленные в запросе нуждающегося в такого рода помощи, вскрывает противоречия, имевшиеся в этом случае, идентифицируя их как конкретные психологические трудности, возникающие в определенных условиях жизни человека, выбирает адекватные сути решаемой задачи, эффективные способы и создаёт профессиональные условия успешности преодоления существующих у клиента трудностей.
В целом можно сказать, что, рассматривая практическую психологию как отдельную научную дисциплину, необходимо выделить её специфику. Например, ею может быть: область исследования психологических феноменов, возникающих и развивающихся в ситуации непосредственного оказания психологической помощи. Понятно, что здесь речь идёт только о работе с явлениями, не выходящими за пределы установленной / принятой профессиональным сообществом «нормы развития».
Выделение специфики предмета исследования, а далее — научных способов решения задач, позволяет четко показать границы «профессионального поля» практической психологии, что позволит определить и межпредметные зоны, сегменты и т.п., где пересекаются содержания предметных областей смежных дисциплин. В частности, рассматривая «Клиническую психологию» (уже выделенную как научная дисциплина в номенклатуре научных специальностей) как смежную дисциплину, мы получаем возможность исключения из предметного поля «Практической психологии» таких категорий как психические расстройства, нарушения развития, дезадаптацию и т.п., т.к. они уже отнесены к упомянутой дисциплине.
Выделение научной дисциплины «Практическая психология» отвечает одному из важных критериев ее признания — получение собственных научных результатов (отличных от других научных направлений), которые ранее не были известны. Именно это и будет тем неоценимым вкладом, которое практическая психология как научная дисциплина привнесёт в развитие психологической науки в целом.
На 3-й вопрос ответ таков: последствия «дробления» психологии на мелкие составляющие ведут к потере ее предмета, размыванию ее специфики. На это обратил внимание и Ф.Е. Василюк (см. цитату выше). На опасность этого пути я тоже обращал внимание в статье на тему уже случившегося факта появления стандарта профессиональной деятельности «Психолог-консультант»4.
Всё вышеописанное не исключает существования внутри широкой научной отрасли частных направлений исследований («узкая область исследований»), которые связаны со спецификой известных видов работ психолога-практика — консультирование, диагностика, коррекция, психологическое просвещение, психопрофилактика, психологическая экспертиза, психологическое прогнозирование и т.п. Поэтому, отвечая на вопрос, поставленный в названии статьи В.Ю. Меновщикова, могу сказать следующее: «дробить» (суживать предмет) — опасный путь. Консультирование, как и другие виды профессиональной работы (профилактика, просвещение, диагностика, коррекция, экспертиза, прогнозирование и др.), может рассматриваться как «узкая область исследований» в рамках общих целей и задач практической психологии, являющейся «широкой областью исследований».
Очевидно, что разделить науку и практику (какой бы «сверхакадемичной», «чистой» ни была бы наука и «узкопрактичной» ни была бы практика) невозможно. Это всегда отношения единства. В основе любого профессионального практического действия лежит то или иное научное открытие, а те или иные результаты практики либо подтверждают и укрепляют ценность научного открытия, либо выступают маркером его ценности, триггером развития нового научного знания.
Как «патологический оптимист» я уверен в том, что любые попытки выделения вопроса о научных основаниях психологической практики и активного его обсуждения сохраняют у нас надежду на то, что профессиональное сообщество успешно преодолеет тот период в нашей сегодняшней реальности, который в отечественных публикациях часто обозначают как «методологический хаос». Это позволит существенно повлиять на решение таких актуальных проблем как «качество подготовки специалистов по оказанию психологической помощи населению», так и «эффективность и качество результатов работы практического психолога.
Сноски и примечания
1 Подробнее об этом см.: Василюк Ф.Е. Методологический смысл психологического схизиса // Вопросы психологии. 1996. №6; Забродин Ю.М. Проблемы и перспективы развития практической психологии в России // Национальный психологический журнал. 2006. №1. С. 33–41; Карицкий И.Н. Современные социально-психологические практики: теоретико-методологическое исследование. Автореф. дисс. к. псх. н. 19.00.05. Ярославль, 2002; Мазилов В.А. Методологические проблемы психологии. Ярославль, 2006; Юревич А.В. Еще раз о «схизисе» исследовательской и практической психологии // Методология и история психологии. 2010. №3 С. 90–104.
2 См., например, Забродин Ю.М. Основные проблемы становления практической психологии в СССР // Психологические условия профессионального становления личности. М., 1990; Иванников В.А. Проблемы подготовки психологов // Вопросы психологии. 2006. №1. С. 48–52 и др.
3 Забродин Ю.М., Пахальян В.Э. Методологические проблемы практической психологии и вопросы обеспечения качества работы психолога образования // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Психологические науки. 2020. №4. С. 9–20.
4 Пахальян В.Э. И опять на тему «Что-то не ладно в королевстве…» // Психологическая газета. http://psy.su/feed/12029/
(1).jpg)
(3).jpg)


























































Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый
, чтобы комментировать