16+
Выходит с 1995 года
23 июня 2024
Рефлексия как механизм формирования Он-концепции: диалогический подход рассмотрения

Исследования в области психологи личности представлены достаточно широким спектром теорий, в которых отражены различные взгляды на проблему детерминации личности, ее развития и формирования (Асмолов, 2007; Хьелл, 1999). Рассматривая детерминацию как основание для классификаций данных теорий, можно сказать, что каждая из них, в той или иной степени, представляет собой варианты различного соотношения социальных и биологических детерминант.

Однако для современной психологии всё актуальнее становится не изучение «сочетаний» указанных факторов, а сама ситуация «появления» и «проявления» личности. Иными словами, исследование личности требует обращения к новым принципам познания, которые характеризуют постнеклассический этап развития научной рациональности. К таким принципам относят: мультипарадигмальность, дискурсивность, вероятностную трактовку научного знания, инструментализм, правдоподобность, эвристичность, убедительность, рефлексивность и т.д. (Порус, 2006; Степин, 2009).

Новое видение организации научного познания требует поворота к диалогу, дискурсу, к феноменам, которые обозначены широким полем взаимодействия и общения, в рамках которых и «рождается» личность. В отечественной психологии наиболее близким к такому рассмотрению личности можно считать коммуникативный подход Б.Ф. Ломова, который на современном этапе своего развития представлен когнитивно-коммуникативным подходом, разрабатываемым В.А. Барабанщиковым и его школой.

К особенностям данной школы можно отнести исследовательский акцент, направленный на изучение феноменов, процессов и механизмов восприятия личности, ее психологических особенностей, проявляющихся, прежде всего, в выражении лица, взгляда человека (Лицо человека…, 2015, 2019; и др.). В.А. Барабанщиков отмечает: «Так или иначе, психологические характеристики личности проглядывают во всей внешности человека, но наиболее концентрированно они выражены в его лице. Оно подобно информационному экрану, на котором с высокой точностью и динамизмом разыгрываются перипетии внутренней жизни человека. … Это не только наиболее выразительная, но и самая чувствительная часть тела, находящаяся на перекрестке природных и социокультурных детерминант» (Барабанщиков, 2009, с. 41–42).

Однако само лицо и вместе с ним фигура, походка и т.д., являясь элементами наглядного представления о внешности человека, в своей совокупности составляет Он-образ личности, который в свою очередь образует чувственную основу Он-концепции. Термин «Он-концепция» был создан В.А. Барабанщиковым для обозначения личностной определенности Другого, согласованного представления о личности партнера, включенного в общение (в том числе викарное), его оценки и отношения к нему (там же). В данном понятийном конструкте есть важный аспект, позволяющий выйти на понимание механизма формирования Он-концепции: под «другим» ученый подразумевает не только «собеседника, коммуниканта», но и «двойника» — «я как другого», т.е. психологически дистанцированное в самой личности представление о себе как ином.

Такой ракурс представления о «другом» позволяет нам говорить о работе личности с образами себя как объектами познания. Следовательно, в Он-концепции может быть представлен не только внешний Другой, но и я — как «внутренний партнер по общению», «внутренний собеседник», источник внутреннего диалога и полилога (Визгина, 2007). Формирование такого типа образов (осмысленных, осознанных) обусловлено функционированием рефлексивного механизма (Аникина, 2012; Семёнов, 2004, 2018). Рефлексия — наряду с механизмами идентификации, категоризации, казуальной атрибуции и проекции — включена в процесс формирования Он-концепции. Каково ее значение в данном процессе?

Ответ на поставленный вопрос мы будем искать, опираяясь на понимание диалогической природы личности (Бахтин, 1979) и представление о рефлексии с позиций диалогического подхода (Аникина, 2012). Ведущими принципами, которые определяют особенности рассмотрения рефлексии с указанных теоретических позиций, являются: аксиологический (включение в анализ, описания и объяснения различных проявлений бытия человека ценностного фактора); принцип событийности (значимость для участников взаимодействия ситуации «здесь-и-сейчас»); принцип развития; принцип детерминизма (системный, целевой); диалогический принцип (учет особенностей взаимоотношений Я–Другой); принцип полипроцессуальности (рассмотрение рефлексии как процесса в контексте других психологических процессов).

М.М. Бахтин в своих работах выделил два понятия, которые легли в основу его онтологии — диалог и Другой.

Понятие Другого М.М. Бахтин определяет, обращаясь к пониманию того, что собой представляет человек в своем бытии: он (человек) принципиально не совпадает сам с собой, он единственный и неповторимый, незаконченный (Бахтин, 1979). Другой — это тот, кто может объяснить Я как целостность, «собрать» мое, осуществляя по отношению ко мне эстетическое действие, которое включает в себя как эстетическое созерцание, так и этический поступок. В целом, эстетическое действие Другого по отношению к Я можно характеризовать как ценностно-объемлющие принятие человека, нащупывание его смысловых границ, обогащение человека своим завершением («превращение его в героя»), занятие единственного места в едином событии бытия. Отсюда — отсутствие Другого, как считал М.М. Бахтин, лишает человека точки опоры в создании себя. «Простая формула: я гляжу на себя глазами другого, оцениваю себя с точки зрения другого», — писал философ в своей работе «К вопросам самосознания и самооценки» (Бахтин, 1996, с. 72). Само же эстетическое действие является диалогическим по своей природе.

Как определял М.М. Бахтин диалог между Другим и Я? Анализ работ философа показал, что диалог между Я и Другим — условие полноты бытия каждого из них. Диалог — это «место» осмысления себя и Другого; диалог — событие, единичное и неповторимое, в котором происходит постижение «истины», радикальный опыт инаковости Другого, признание Другого «своим иным» — узнавание. Он возможен, только если есть взаимоустремленность Я-к-Другому и наоборот.диалог — событие полноты бытия Я и Другого в пространстве любви. Подлинное, полное бытие человека, проникнуто диалогическими отношениями.

Я в диалогическом отношении с Другим может осмыслить и осознать себя. Каким образом это происходит? Прежде чем дать ответ на поставленный вопрос, хотелось бы отметить, что в своих работах М.М. Бахтин не дает определения рефлексии, однако погружает читателя в описание мира отношений и переживаний человека, благодаря чему у философа формируется представление о механизме построения Я как целого.

Решая проблему поиска условий оформления внутренней жизни «в душу», М.М. Бахтин выходит на проблему понимания рефлексивного механизма. «Я должен стать другим по отношению к себе самому — живущему эту свою жизнь в этом ценностном мире, и этот другой должен занять существенно обоснованную ценностную позицию вне меня (психолога, художника и пр.)», — писал философ в работе «Автор и герой в эстетической деятельности» (Бахтин, 1979, c. 106–107).

Философ считал, что внутреннее переживание и душевное целое могут быть пережиты в категории другой-для-меня или в категории я-для-себя (там же, с. 26). И то, как осуществляется «создание» целого, зависит от того, в каких из этих категорий живет человек.

В работе «Автор и герой в эстетической деятельности» М.М. Бахтин выделяет и описывает несколько видов рефлексов (это понятие используется у него в значении, очень близком к современному): нравственный, гносеологический (философский), научный и, мы обозначим, эстетический. Ни один из указанных видов, как отмечал философ, кроме эстетического, не позволяет человеку превратить «мое» в индивидуальную, «положительную» данность. «Нравственный рефлекс, — как указывал М. М. Бахтин — не отвлекается от предмета и смысла, движущих переживанием; именно с точки зрения заданного предмета он рефлектирует дурную данность переживания» (там же, с. 107).

Рассматривая гносеологический рефлекс, философ отмечал: «Не знает положительной индивидуальной данности переживания и гносеологический рефлекс, вообще философский рефлекс (философия культуры), и он не имеет дела с индивидуальной формой переживания предмета — моментом индивидуального данного внутреннего целого души, но с трансцендентальными формами предмета (а не переживания) и их идеальным единством» (там же). Поэтому философская рефлексия не является условием одушевления внутренней жизни человека

М.М. Бахтин так описывает научный рефлекс: «Мое в переживании предмета изучает психология, но в совершенном отвлечении от ценностного веса я и другого, от единственности их; психология знает лишь “возможную” индивидуальность. Внутренняя данность не созерцается, а безоценочно изучается в заданном единстве психологической закономерности» (там же, с. 107–108).

И только эстетический рефлекс — эстетическое отношение Другого к Я — позволяет осуществить оформление внутренней жизни «в душу». Для М.М. Бахтина важнейшим аспектом эстетического отношения Другого является эстетическое созерцание как «действия созерцания, вытекающие из избытка внешнего и внутреннего видения другого человека, и суть чисто эстетические действия» (там же, с. 27). Действия созерцания, вживания в другого человека побуждает к эстетическому поступку, и только в этой целостности проявления эстетического отношения между двумя людьми рождается эстетическая деятельность, которая имеет диалогическую природу.

М.М. Бахтин описал эстетическую деятельность следующим образом (позволим эти действия назвать — эстетической рефлексией): «Я должен вчувствоваться в этого другого человека, ценностно увидеть изнутри его мир так, как он его видит, стать на его место и затем, снова вернувшись на свое, восполнить его кругозор тем избытком видения, который открывается с этого моего места вне его, обрамить его, создать ему завершающее окружение из этого избытка моего видения, моего знания, моего желания и чувства» (там же).

Философ считал, что Другой, осуществляя эстетическую деятельность, становится автором-созерцателем, а тот, относительно кого она осуществляется, — героем. Автор вненаходим к герою, чтобы «собрать» его. Сознание автора есть «сознание сознания», оно объемлет героя в его целостности. Другие, внешние, присутствуют в мире человека и могут являться его авторами: я и другой находятся в диалоге и переживании.

Сформулируем определение рефлексии, построенное в рамках философского подхода М.М. Бахтина: рефлексия — это процесс создания цельного, объемлющего, эстетически значимого видения человеком самого себя, диалогически пережитого в категории «другой-для-меня», но не в категории «я-для-себя».

Опишем диалогическую модель рефлексии. В ней можно выделить две позиции — Я и Другого, которые включаются в рефлексивный процесс, представляющий собой последовательность следующих этапов:

  • «встреча» Я и Другого, возникновение ценностного отношения друг к другу;
  • «вопрошание» Я к Другому;
  • «перемещение» Другого на позицию Я, ценностное рассмотрение его мира изнутри, определение смысловых границ Я (эстетическое созерцание);
  • «возвращение» Другого на «свою» позицию;
  • восполнение Другим кругозора Я, тем избытком знания, которое было получено (эстетический поступок);
  • принятие Я нового видения, понимание своей уникальности, неповторимости, единственности и целостности.

Описание этой модели позволяет выделить функциональные аспекты проявления рефлексии: она включена в раскрытие, обнаружение человеком самого себя, оформлении целостного образа Я и Другого, понимания своей и иной уникальности, неповторимости и единственности.

Хотелось бы отметить, что диалогические идеи М.М. Бахтина позволяют нам выйти за горизонт реальных отношений между людьми, живущими здесь-и-сейчас. Опираясь описанную нами диалогическую модель рефлексии, мы можем утверждать, что Другим для живущего Я является тот, кто может «вступить» в диалог с Я, кто может «ответить» на вопрошание Я, — и этим Другим может быть культурно-исторический Другой.

Исходя из описанной, диалогической модели рефлексии, можно предположить, что Он-концепция — это элемент в структуре процесса рефлексивного познания Я и Другого, результат эстетического созерцания (по М.М. Бахтину). Это то, что сформировалось после вопрошания Я к Другому и ценностного рассмотрения мира Я изнутри, определения его смысловых границ. Он-концепция представляет собой избыточность видения личности Я Другим. И в этом смысле тот, кто воспринимает личность, — это Другой, он становится носителем Он-концепции. И ему необходимо завершить рефлексию: Другой должен транслировать свое избыточное видение Я — Он-концепцию, которая может быть принята или не принята личностью.

С другой стороны, следует понимать, что Я и Другой находятся в диалогическом отношении, поэтому Я также «собирает в душу» Другого.

Всё вышесказанное позволяет выделить особенности формирования Он-концепции как источника познания и развития Я («сборки в душу»):

  1. диалогическое отношение между Я и Другим;
  2. ценностное отношение Я и Другого;
  3. направленность на избыточность видения, знания, желания и чувствования Другого по отношению к Я;
  4. определение (нащупывание) смысловых границ Я (эстетическое созерцание);
  5. стремление к созданию ценностно-объемлющего видения Я;
  6. стремление транслировать представление о Я (стремление к эстетическому поступку) — личности.

Формирование Он-концепции «требует» от Я и Другого взаимоустремленности, что, в свою очередь, предполагает принятие значимости и уникальности друг друга.

Конечно, высказанные идеи требует своей детализации как на уровне теоретических обобщений, так и на уровне эмпирических исследований. На данном этапе, нам видятся следующие актуальные направления теоретических разработок.

  1. Анализ потенциала когнитивно-коммуникативного подхода и идей диалогизма — для формирования теоретических основ исследования рефлексии как механизма изучения личности и ее восприятия.
  2. Развитие диалогической модели рефлексии с опорой на потенциал ее функционально-сетевой модели — с целью обогащения последней диалогическими идеями. И в связи с этим — дальнейшее развитие метода функционально-рефлексивного анализа текста.
  3. Теоретико-методологическая детализация диалогического процесса рефлексии на всех его этапах.
  4. Разработка представлений о смысловых границах Я и их определения (нащупывания). Включение источников формирования Он-концепции — особенностей внешности коммуниканта; коммуникативного опыта наблюдателя; «имплицитной теории личности», в которой большую роль играет Я-концепция, — в конструкт «смысловых границ» Я. Идея рассмотрения лица как как особой семиотической системы была предложена В.А. Барабанщиковым и требует своего развития: «С данной точки зрения, выражение лица похоже на слово (фразу или текст), обозначающее состояние человека, черты характера, намерения и т. п.» (Барабанщиков, 2006, с. 54).

Акцент на идеях диалогизма в организации исследования рефлексии как механизма формирования Он-концепции является отражением общих тенденций в развитии постнеклассической науки. Принцип диалогизма изменяет точки отсчета в самой системе научного познания, смещая акценты исследований в область решения проблемы единства познания и общения.

Литература

  1. Аникина В.Г. Рефлексия в культурно-исторической психологии: Монография. 2-е изд. М.: Макс-Пресс, 2012.
  2. Асмолов А.Г. Психология личности: культурно-историческое понимание развития человека. 3-е изд., испр. и доп. М,: Смысл–ИЦ «Академия», 2007.
  3. Барабанщиков В.А. Восприятие выражения лица. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2009. Барабанщиков В.А. Психология восприятия: Организация и развитие перцептивного процесса. М.: Когито-Центр, 2006.
  4. Барабанщиков В.А., Жегалло А.В., Королькова О.А. Перцептивная категоризация выражений лица. М.: Когито-Центр, 2016.
  5. Бахтин М.М. Работы 20-х годов. Киев: Next, 1994. Бахтин М. М. Собрание сочинений. Т. 5. Работы 1940–1960 гг. М.: Русские словари, 1996.
  6. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества / Сост. С. Г. Бочаров. М.: Искусство, 1979.
  7. Визгина А.В. Эмпирическое изучение спонтанных внутренних диалогов // Вопросы психологии. 2007. № 1. С. 101–109.
  8. Лицо человека в науке, искусстве и практике / Отв. ред. К.И. Ананьева, В.А. Барабанщиков, А.А. Демидов. М.: Когито-Центр, 2014.
  9. Лицо человека: познание, общение, деятельность / Отв. ред. К.И. Ананьева, В.А. Барабанщиков, А.А. Демидов. М.: Когито-Центр–Московский институт психоанализа, 2019.
  10. Семёнов И.Н. Типология, периодизация и организация рефлексивного подхода в психологии и социогуманитарных науках // Рефлексивный подход к психологическому обеспечению образования: Сборник статей. М.: Ярославль, 2004. С. 18–32.
  11. Семёнов И.Н. Теоретические основы изучения роли рефлексии в процессах самости в трансдисциплинарном контексте человекознания // Мир психологии. 2018. № 3 (95). С. 7–24.
  12. Степин В.С. Классика, неклассика, постнеклассика: критерии различения. Постнеклассика: философия, наука, культура. СПб.: ИД «Мiръ», 2009. С. 249–295.
  13. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности: Основные положения, исследования и применение. СПб.: Питер Ком, 1999. Философия науки: проблемы и перспективы (материалы круглого стола) // Вопросы философии. 2006. № 6. С. 3–45.

Работа выполнена в рамках проекта РФФИ № 19-013-00557 «Константность восприятия выражений лица».

Источник: Аникина В.Г. Глава 29. Рефлексия как механизм формирования Он-концепции: диалогический подход рассмотрения // Лицо человека в контекстах природы, технологий и культуры. М.: НОЧУ ВО «Московский институт психоанализа», 2021. С. 443–451.

В статье упомянуты
Комментарии

Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый

, чтобы комментировать

Публикации

Все публикации

Хотите получать подборку новых материалов каждую неделю?

Оформите бесплатную подписку на «Психологическую газету»