Дорогие коллеги!
Хочу поблагодарить всех, кто поздравил меня на страницах «Психологической газеты» и лично. Естественно, что в таких случаях заслуги юбиляра преувеличиваются и подаются в превосходной степени, поэтому периодически возникало ощущение неловкости — я оцениваю себя намного скромнее. В свое время лорд Честерфилд писал, что каждый человек на протяжении всей жизни выступает в качестве кандидата на хорошее мнение окружающих о себе. Я не исключение. И видеть такое мнение моих выдающихся окружающих — это уже удача.
Юбилей — это не только период внешних оценок, но и повод для внутреннего осмысления того, что удалось сделать, и того, кто же я? Оценивая пройденное, думаю, что моими успехами я обязан, прежде всего, способности к организаторской работе и обобщениям, а также усидчивости и любви к письму.
Уже первые годы моей медицинской практики были связаны с психологией, точнее — с психологической моделью психотерапии. Увлекся аутотренингом, который был, по сути, одним из двух (наряду с гипнозом) разрешенных методов заново рождавшейся российской психотерапии. Это увлечение продлилось 8 лет и затем было обобщено в монографии «Аутогенная тренировка» (1986), подготовленной совместно с моим Учителем проф. В.С. Лобзиным. Она переиздается до сих пор, последнее издание вышло в 2000, а общий тираж этой книги превышает 250 000 экз. Затем был многолетний период увлечения методологией и методами психодиагностики и психологического прогнозирования состояния и деятельности людей в экстремальных ситуациях, которые были намного позднее обобщены в монографии «Психология войны» (2011, 2018, 2020).
Моей второй книгой стала «Психодинамика и психотерапия депрессий» (2001). Для этого было много причин, одна наиболее простая — я и сам немного депрессивная личность. Но в этом откровении есть элемент нарциссизма. Насколько помню, одна из известных оценок этого состояния принадлежит Платону (424–348 до н.э.): «Отчего все выдающиеся мыслители обязательно меланхолики — и Аристотель, и Сократ, и я ?» Я не Платон и не могу, как он, добавить «и я», но это мнение мне приятно. Позднее мне удалось привлечь выдающихся специалистов из 11-ти стран к написанию коллективной монографии «Психоанализ депрессий», которая также выдержала несколько переизданий (2005, 2108, 2020).
Затем была предпринята попытка «перевести» на общепсихологический язык, а точнее — предельно понятно изложить основные психологические концепции З. Фрейда: перенос, сопротивление и защиты. Это удалось сделать в монографии «Психическая травма» (2006, 2017, 2020), а затем в монографии «Психическое расстройство» (2008, 2018, 2020). Думаю, что это одни из наиболее удачных моих работ, хотя, вслед за Робертом Бертоном, должен повторить, что в этих книгах «у меня не сказано ничего нового» (по сравнению с Фрейдом и его последователями), но сказано простым языком, доступным для понимания любому образованному человеку. После этого в книге «Типичные ошибки и трудности начала терапии» (2009, 2019, 2020) был обобщен опыт моей психоаналитической и супервизорской практики и многолетнего общения с моими друзьями и одновременно Учителями – д-ром Харольдом Стерном (США), Владимиром Грановым, Наташей Зальцман и Александром Непомясчи (Франция), Джейн Хейнц (Великобритания). Насколько мне известно, наряду с моей маленькой книжицей «Частные визиты» (2008, 2017, 2020) с описанием случаев из практики, это самое популярное издание у психотерапевтов всех модальностей и даже у широкого читателя.
В какой-то период времени я оказался вовлеченным в происходящие в стране и в мире политические события. Это опыт был обобщен в монографии «Психология реформ» (1996, 2014, 2000), переизданной несколько раз, а также в книге «Психология коррупции» (2008, 2018, 2020) и коллективной монографии «Психология и психопатология терроризма» (2004, 2018, 2020), также недавно переизданной.
Но все-таки главным достижением считаю то, что в содружестве с моими коллегами в период с 1991 по 1998 гг. нам удалось создать вначале Восточно-Европейский институт психоанализа, а затем первую в мире академическую программу подготовки психоаналитиков.
До этого психоаналитиков готовили исключительно на базе общественных организаций — «институций». В возможность создания такого академического института никто не верил. Когда в 1996 году мы пригласили психоаналитиков практически из всех стран Европы и США на первую крупную российскую конференцию по психоанализу, они откровенно говорили: «Если бы такой институт (с такими программами) мог быть, мы бы сами пошли туда учиться». Но такой институт все-таки состоялся. А в 2003 году наш опыт переняли австрийские коллеги, и на основе разработанных нами академических программ в Вене открылся Зигмунд-Фрейд-Университет, а затем его филиалы в Париже, Берлине, Любляне, Варшаве.
Понадобилось еще 23 года для того, чтобы профессорско-преподавательский состав института (который на 80% состоит из его талантливых выпускников — докторов и кандидатов наук) смог подготовить первый в мире академический учебник по психоанализу (2014, 2016, 2017, 2019, 2020). Различные и даже очень хорошие учебники по психоанализу были и до этого. Но понять эти тексты мог только человек с уже солидной психоаналитической подготовкой. С 2017 года наш учебник психоанализа неоднократно переиздавался в России, в затем — также неоднократно — на английском языке в Вене (2017), затем — на армянском (2019) и сербском (2020), частично — на азербайджанском и арабском. В аннотации к английскому изданию его редактор проф. Альфред Притц отметил, что это самый понятный учебник по психоанализу из всех ныне существующих.
Еще в начале 1990-х нам удалось создать в России реальную систему профессионального психоаналитического тренинга и супервизорской подготовки, которые только начинают внедряться в других психотерапевтических ассоциациях, а также открыть в стране более 200 психоаналитических центров и кабинетов.
Последний заслуживающий упоминания проект, который в свое время благословил мой друг проф. А. Асмолов, — это издание полного собрания сочинений З. Фрейда на русском, в переводе с языка оригинала. Что-то издавалось и ранее, но в переводе с английского, который в свое время подготовил один из учеников Фрейда — Дж. Стрейчи, что-то опуская в текстах Фрейда, а что-то дописывая… В подготовке этого академического проекта задействованы десятки людей — переводчиков, редакторов, корректоров, психологов, историков, философов, которые к каждому тому готовят предисловие и послесловие, индексы и примечания. Мы уже издали 16 томов из 26 и надеемся в ближайшие 3–4 года завершить эту работу.
Какой вывод я хотел бы здесь обозначить: Фрейд, входящий в список 100 гениев двух последних тысячелетий, еще не только не понят, но даже еще не прочитан.
По сути, у меня есть только одно сугубо научное достижение — это создание нематериальной теории психики, которая многократно опубликована в западной научной печати и — без особого энтузиазма — в некоторых российских изданиях.
Главная для меня и моих коллег удача состоит в том, что, что нам удалось сделать российский психоанализ неотъемлемой частью психологической науки, к которой он исходно принадлежал.
А моя личная удача — это то, что я оказался в российской психологии как раз в тот период, когда после периода застоя в ней проявилось небывалое число талантливых коллег, многие из которых стали моими друзьями и ориентирами порядочности и преданности науке.
Еще раз благодарю всех, и не только за поздравления, а за то, что вы все есть — названные и неназванные.
Ваш М. Решетников
Комментариев пока нет – Вы можете оставить первый
, чтобы комментировать