Отклик «Союза практических психологов» на ответ разработчиков законопроекта

В продолжение дискуссии по законопроекту «О психологической помощи и психологической поддержке в Российской Федерации».

К публикациям в «Психологической газете»:

• Комментарий СРО «Союз практических психологов» к законопроекту «О психологической помощи и психологической поддержке в РФ»
• Ответ разработчиков на обращение «Союза практических психологов» о законопроекте.

Уважаемые коллеги!

Благодарим вас за развернутый и эмоционально насыщенный ответ на наше обращение, а также за подробное изложение позиции относительно института «психологической поддержки». Мы действительно являемся «заинтересованными сторонами», и для нас крайне важно понять логику разработчиков.

Признавая высокую социальную значимость тех групп, о которых вы пишете (волонтеры, бывшие военные, группы самопомощи), мы, тем не менее, хотели бы продолжить диалог. При обсуждении законодательных инициатив такого уровня корректность аргументации должна оцениваться не только по ее убедительности, но и по соответствию стандартам профессиональной дискуссии: логической стройности, опоре на факты и уважению к оппоненту.

В этой связи мы хотели бы отдельно остановиться на тональности дискуссии. Полагаем, что контраргументация в публичной полемике должна быть конструктивной. Ярлыки вроде «страх, что в психологию придут чужие», «профессиональный снобизм» и обвинения в «высмеивании» не выдерживают критики. Наша позиция продиктована не «страхом перед чужими», а возможными последствиями профанации профессии и оказания некачественной психологической помощи.

Теперь по существу поднятых вами вопросов.

1. О концептуальных основаниях и разграничении понятий.

Введение в оборот на уровне федерального закона содержательно непрописанного вида деятельности («психологическая поддержка»), для которого не существует ни квалификационных требований, ни образовательного стандарта, видится нам волюнтаризмом. Метафора «жгута» и «полостной операции» выглядит понятно в полемике, но порождает ключевой практический вопрос: кто и как будет определять, где заканчивается «поддержка» и начинается психологическое консультирование?

При этом важно определить не только концептуальную, но и юридическую и профессиональную границы, разделяющие психологическое консультирование и психологическую поддержку.

2. О статусе «лиц, оказывающих психологическую поддержку».

В законопроекте отсутствует четкое наименование этого статуса. «Лицо» — не правовой статус для внесения в трудовую книжку или реестр.

Как официально будет называться этот специалист? Будет ли создан отдельный реестр?

Если же «лица, оказывающие психологическую поддержку», не имеют права называть себя психологами (ст. 15 законопроекта), то какое отношение эта категория специалистов имеет к закону об оказании психологической помощи? Видимо, для обсуждаемой категории специалистов нужна отдельная законодательная база.

Вы указываете, что вред, причиненный «поддерживающим лицом», будет квалифицирован по статье 14 как незаконная деятельность. Но возникает замкнутый круг: чтобы привлечь к ответственности, нужно доказать, что он занимался психологией, хотя закон разрешает ему заниматься «поддержкой».

3. О содержании и функциях психологической поддержки.

Вы справедливо указываете, что для «санинструкторов» не нужны годы учебы хирурга. Но мы настаиваем: для наложения «жгута» тоже нужен утвержденный алгоритм. В обсуждаемом нами профессиональном поле это, прежде всего, поддержка человека в состоянии острого стресса непосредственно во время или сразу после трагического либо травматического события. Ее цель — не терапия, а помощь в удовлетворении базовых потребностей (безопасность, еда, тепло), эмоциональная поддержка через присутствие и активное слушание, а также «маршрутизация» — соединение с близкими и профильными службами.

Можно обсуждать название этого вида деятельности с перечнем квалификационных требований, а на следующем шаге — объем и содержание соответствующего образовательного стандарта. В качестве основных компетенций такого рода помощника видятся способности оценивать насущные потребности, оказывать эмоциональную поддержку, информировать о социальных службах, сопровождать в кризисе. А за пределами этого функционала лежат уже психологическое консультирование и психологическая (немедицинская) психотерапия. Только при этих условиях «психологическая поддержка» не будет юридической фикцией.

Для этой категории специалистов должны быть разработаны отдельный понятный Этический кодекс, стандартизованные протоколы, программы профессиональной подготовки, а также стандарт информирования получателя помощи, который должен четко понимать, что с ним работает не-психолог.

4. Об ответственности и роли СРО

СРО создаются как объединения профессионалов с профильным образованием. Возложение на них надзора за лицами, не являющимися профессиональными психологами, внутренне противоречиво. И должны ли СРО нести административную и репутационную ответственность за действия «ассоциированных членов», не являющихся психологами? Законопроект эти вопросы не регулирует, создавая риск дискредитации идеи саморегулирования.

Резюме.

Мы заботимся о том, как закон будет работать на практике, то есть защищать права человека, пришедшего за помощью, и гарантировать ее высокое качество. Любые новые формы деятельности должны встраиваться в систему регулирования с предельной четкостью.

Мы готовы к дальнейшему диалогу и совместному поиску решений, которые позволят сохранить баланс между доступностью качественной помощи и защитой граждан.

С уважением и надеждой на конструктивное сотрудничество,

председатель правления СРО «Союз практических психологов» Кононенко Л.А., системный семейный психотерапевт, клинический психолог, ЭФТ-терапевт, член правления Общества семейных консультантов и психотерапевтов, член Европейской ассоциации психотерапевтов (EAP), Международной ассоциации семейных терапевтов (IFTA);

члены правления СРО СПП:

• Будинайте Г.Л., кандидат психологических наук, профессор департамента психологии ФСН НИУ ВШЭ, академический руководитель магистерской программы «Системная семейная психотерапия» НИУ ВШЭ, практикующий системный семейный психотерапевт, супервизор, преподаватель, член Правления ОСКиП, член Ассоциации ориентированных на решение психотерапевтов и практиков;
• Дроздов Д.С., психолог, сертифицированный специалист, супервизор и преподаватель по понимающей психотерапии, директор Института ППТ имени Ф.Е. Василюка;
• Лопухина Е.В., психолог, психотерапевт, психодрама-терапевт юнгиански ориентированный терапевт, бизнес-тренер и коуч, консультант по организационному развитию, директор Института психодрамы, коучинга и ролевого тренинга, член-учредитель Федерации Европейских психодраматических тренинговых организаций, член-соучредитель Федерации психодраматических тренинговых Институтов России;
• Хамитова И.Ю., клинический психолог, системный семейный психотерапевт, член ОСКиП, директор Центра системной семейной терапии (ЦССТ);
• Шапиро Б.Ю., кандидат психологических наук, сертифицированный психолог-консультант и семейный терапевт, член ОСКиП, сотрудник Психологической службы Президентской академии (РАНХиГС);

члены Этического комитета СРО СПП:

• Варга А.Я., кандидат психологических наук, системный семейный психотерапевт, член правления Общества семейных консультантов и психотерапевтов, член Международной ассоциации семейных терапевтов (IFTA) и преподаватель магистерской программы «Системная семейная психотерапия» НИУ ВШЭ;
• Кочергина Г.И., психолог, системный семейный терапевт, преподаватель, супервизор, председатель правления ОСКиП;
• Семёнов В.В., председатель Этического комитета СРО СПП, кандидат психологических наук, директор Института психодрамы и психологического консультирования, вице-президент ассоциации психодрамы, председатель секции Психодрама онлайн;
• Якимова Т.В., член правления ОСКиП, кандидат психологических наук, доцент Московского государственного психолого-педагогического университета;

член Контрольного комитета СРО СПП:

• Перова Н.Н., психолог, член ОСКиП;

члены СРО «Союз практических психологов»:

• Меновщиков В.Ю., кандидат психологических наук, доцент, руководитель Консорциума «Консультативная психология в России», ректор Института консультативной психологии и консалтинга (Москва);
• Сапегина В.Ш., психолог, сертифицированный гештальт-терапевт, магистр и преподаватель психологии в Московской бизнес-школе;
• Тинина Ж.А., психолог, приглашенный преподаватель Института психотерапии и консультирования «Гармония».