Серая этика

О важности соблюдения профессиональных этических норм не пишет и не говорит сейчас только ленивый. Разработаны курсы для студентов в вузах, проводятся семинары, конференции, супервизии. Наряду с этим существуют целые кластеры применения практической психологии, где норм этического кодекса нет и быть не может. Мне хотелось привести в качестве примера три эпизода, участницей которых я была за последнее время.

Эпизод 1. Москва, 20–22 ноября 2025 года, «Выставка психологии и коучинга». Из странного: на стенде сотрудники МАГИС им. Бехтерева представляли обучающие программы по гипнозу. Прямо на выставке, рядом со стендом, посетителей вводили в транс, и они бились в конвульсиях. На экране транслировались видео с обучающих семинаров: участники программы в изменённом состоянии сознания ходили, как слепые, держась друг за друга, демонстрировалась кататония и другие гипнотические фокусы. Естественно, на видео не указывалось, что участники процесса дали разрешение на его широкую демонстрацию. Коллеги явно перепутали клинический гипноз со сценическим (бедный Бехтерев). Да и на сцене такое показывать нельзя. На стенде предлагалось обучить всех желающих гипнозу для профессии и для личной жизни. Можно только предположить, как будет использован этот метод в личных целях и последствия такого применения. Это нарушение не только этического, но и Уголовного кодекса. Налицо дискредитация метода. Кто из думающих потенциальных клиентов решится на сеанс гипноза после таких перформансов? Возникают вопросы к организаторам выставки: как можно давать зеленый свет подобным демонстрациям?

Эпизод 2. Недавно я приняла участие в рекламной косметологической акции медицинского центра. Мне продавали процедуру стоимостью, превышающей среднюю по городу в несколько раз. Великолепно поставленная многоходовка, в которой принимали участие несколько специалистов. Недавно побывав на балете «Лебединое озеро», обозначила их про себя Шут, Белый Лебедь и Черный Лебедь. Шут в черной униформе водил меня по клинике, показывал аппаратуру (что, собственно, и было моей целью), рассказывал, какая я замечательная, настоящая питерская дама. Она объяснила мне, что эта клиника — лучшее место на Земле. Озвучила сумму процедур, более 300 тысяч рублей: «Мы все продаем пакетом». Потом меня привели в кабинет Белого Лебедя и мне показали мое истинное лицо, вернее, кожу лица. Прекрасная луноликая девушка в белом халатике рассказала, как со мной все плохо и даже маска с массажем, которые прямо сейчас сделает Шут, меня не спасут... Потом были маска и массаж, мы понимаем, что это прекрасный способ ввести пациента в изменённое состояние сознания. Далее меня стали готовить ко встрече с Черным Лебедем, намекая, что здесь это самый главный персонаж и с ней можно договориться о скидке. Потом появляется девушка с точеной фигуркой. У нее было все черное: одежда (не униформа), глаза, волосы. Она подтвердила предыдущую космическую сумму, потом предложила скидку почти в три раза и сказала, что я могу взять кредит на три года. Решать надо быстро, прямой сейчас… Ну, я быстро все и решила…

Мы прекрасно понимаем, что в этой схеме одного хорошо прописанного сценария недостаточно. Эти люди прошли отбор и обучение у наших коллег. Они владели техниками присоединения и ведения, были очень внимательны к обратной связи клиента. Я восхищалась их подготовкой. Но ведь их инструкторы прекрасно понимали, чему и, главное, для чего они учат. Этический кодекс, ау… Но он уже спрятался в тени собственной ненужности.

Эпизод 3. Национальный центральный институт развития дополнительного образования предлагает пройти дистанционную переподготовку по специальности «Психология» за три месяца. Для начала обучения достаточно диплома о высшем или среднем образовании. Абитуриент может также предоставить справку о том, что находится в процессе получения высшего или среднего(!) образования. После девятого класса человек поступает в колледж, предъявляет соответствующую справку и после окончания трехмесячных курсов может начинать практику. Практическая психология стремительно молодеет. В рекламе так и указано: «Вам не надо тратить годы на обучение в университете». «Школа дорогих психологов Юлии Романовой» предлагает: «Вам не обязательно быть психологом, чтобы начать учиться. Это может быть, как повышение квалификации психолога, так и переподготовка для специалистов с дипломом любой специальности. Даже, если вы флорист, микробиолог или юрист — диплом психолога повысит вашу ценность, как специалиста! Это больше, чем знания по психологии. Вы узнаете, как как выглядеть стильно и дорого, чтобы люди хотели платить вам много, какую систему налогообложения выбрать, как выстраивать продающий контент в соц. сетях и получите пошаговый план по привлечению дорогих клиентов» (орфография и пунктуация рекламной публикации сохранены. — Прим. ред.).

Среди множества просмотренных подобных предложений только в одном обучающем центре я нашла предупреждение о том, что подобный трехмесячный диплом не дает права работать в государственных структурах и преподавать. Мы как-то не обращаем внимание, что в этих обучающих программах принимают участие наши коллеги, которые являются членами профессиональных сообществ и наверняка подписывали то, что они ознакомлены с нормами профессионального этического кодекса. С одной стороны, они ничего не нарушают: просто преподают свой предмет. Но при этом они вводят в заблуждение своих студентов и заведомо создают почву для неквалифицированной помощи, таким образом провоцируя снижение качества профессиональной помощи. Со всеми вытекающими…

Таким образом, существует некий этический Даркнет. И возникает знакомый вопрос: «Что делать?» Если проводить аналогию с реальным Даркнетом, то запретить и заклеймить это можно; избавиться не получится. Открытая агрессия в адрес этического Даркнета будет показателем профессиональной слабости и только подольет масла в огонь, повышая интерес с обеих сторон к этой области практической психологии. Иногда игнорирование более эффективно, чем открытое осуждение. Мне кажется, что единственный выход — это просветительская работа. Необходимо постоянно публиковать статьи, разъясняющие специфику работы специалистов, трудящихся в «серой зоне», уменьшая таким образом количество потенциальных жертв. И это будет реальной помощью со стороны коллег, работающих в этических комитетах.