Термин «агрессия» в обыденном понимании и в понимании некоторой части психологов (например, гештальт-терапевтов) означает близкие, но не идентичные феномены. Хочу здесь своими словами пояснить, в чем разница.
Для начала: агрессия — это не эмоция, а поведение, которое может запуститься любыми эмоциями: гневом, страхом, тревогой, стыдом, чувством вины и так далее. В повседневном понимании агрессия отождествляется с насилием, причинением физического или психологического вреда. Недостаток этого взгляда заключается в том, что мы крайнюю точку одного очень важного психического процесса принимаем за весь процесс. Это как если бы мы клеймили позором радость из-за того, что кто-то может злорадствовать, или считали, что физическая активность — это плохо из-за того, что люди могут травмироваться или даже умереть из-за злоупотребления этой самой активностью. Что же за процесс, крайней точкой которого действительно может быть насилие и боль?
Этот процесс — перевод любого нашего внутреннего импульса (порожденного нашими потребностями и отраженного в виде эмоций) вовне в виде слов или действий. Почему любого, и почему это тоже называется агрессией? Исходное значение слова «агрессия», как знают многие, кто интересуется гештальт-терапией, это «движение к чему-то». Любое движение нарушает сложившееся на данный момент статус-кво. И не просто нарушает, а разрушает, создавая что-то новое в окружающей ситуации. И это движение далеко не для всех будет приятным. Например, попросили мы кого-то сходить в магазин. Что здесь агрессивного? А то, что мы воздействуем на другого человека, чтобы он что-то для нас сделал, и этим меняем его психологическое состояние. И дальше, понятное дело, многое зависит от него самого: хочет он сам сходить в магазин или нет, любит он нас или нет, болеет или полон сил, торопится куда-то или у него много времени, умеет он говорить «нет» или не способен на это. Масса факторов, определяющих его реакцию, но — наше проявление уже бесповоротно изменило ситуацию. Понятно, что ситуация эта очень-очень частная, но показательная. Невозможно быть в этом мире и не быть агрессивным. Другое дело — как я готов встречаться уже с встречной агрессией человека, когда он нам, например, говорит «нет» в ответ на нашу просьбу. Считаюсь я с этим или продолжаю настаивать на своем, не останавливаясь даже перед причинением боли? Процесс все тот же, но именно эту часть мы обычно агрессией и называем — когда человек перестает считаться с другими людьми.
По степени интенсивности этот единый процесс — агрессию — можно разделить на три очень условных «участка» (один переходит в другой в зависимости от увеличения активности, как нарастающее давление или значение термометра).
1. «Прикосновение» — это проверка границ. Я о чем-то прошу, высказываю свое мнение, проявляюсь еще каким-либо образом — и жду реакции другого человека. Для кого-то уже сам факт того, что я о чем-то высказываюсь, может оказаться неприемлемой агрессией! Но на этой стадии обычно так: вам что-то предложили, вы отказались/согласились, человек спокойно действует в согласованности с вашей реакцией. То есть в ответ человек или прикасается уже к нам (если у него есть встречное движение), или же отстраняется, уклоняется.
2. «Давление» — это попытка подвинуть другого, чтобы освободить место себе. Ключевой момент здесь — подвинуть, по принципу «мне тоже здесь есть место, учитывайте и меня так же, как я стараюсь учитывать вас». Мы настаиваем на своем (даже если с нами не согласны изначально), но все же пытаемся считаться с реакциями других людей. Процесс, обратный давлению, — отталкивание (то есть уже когда давят на нас).
3. «Уничтожение (аннигиляция)». В какой-то момент давление от легкой формы может перейти в попытку психологического или даже физического уничтожения другого человека как препятствия на моем «движении к...». Вот это зона вполне четко и конкретно распознаваемого насилия, почти у всех ассоциирующегося с агрессивным поведением.
Агрессия — важнейшее условие нашего выживания, нашей способности защищаться и добиваться желаемого в этом мире. Нам важно распознавать степень нашей агрессивности во взаимодействии, очень важно осознавать, что любое наше проявление в этом мире вносит в этот самый мир изменения, и далеко не все они будут приятны для других. Мы — агрессивные существа, мы все способны к насилию и можем дойти в нем до аннигиляции (чаще встречается психологическая). Признание, легализация в себе этой самой силы намного лучше способствует умению переводить внутренние импульсы во внешнюю среду, чем неосознанный запрет на нее из страха, что она кому-то сделает плохо (и кому-то точно сделает — даже если это будет просто «прикосновение»). Иными словами: важно овладевать своей агрессивностью, а не отменять ее как что-то неприемлемое.
Источник: https://vk.com/wall19124368_38067
агрессия — это не эмоция, а поведение, которое может запуститься любыми эмоциями: гневом, страхом, тревогой, стыдом, чувством вины...
Самоутверждением, и утверждением своих прав, правды и правоты.
, чтобы комментировать
"Агрессия — важнейшее условие нашего выживания, нашей способности защищаться и добиваться желаемого в этом мире. Нам важно распознавать степень нашей агрессивности во взаимодействии, ..." (с) И в этом распознавании может помочь Тест Басса-Дарки. 8 шкал и 2 индекса исчерпывающе рисуют эту степень.))
Не понятно мне, когда психологи вдруг называют этот Тест опросником. Это не опросник, а профессиональный тест, имеющий авторов. Иногда встречаю: Методика Басса-Дарки. С этим можно согласиться. Методика может включать и один тест.
" Иными словами: важно овладевать своей агрессивностью, а не отменять ее как что-то неприемлемое." (с) А к овладеванию часто тропинка через страх. И получает человек доброкачественную полезную агрессивность. В добрый путь!
Уважаемая Людмила Григорьевна, меня на протяжении всей жизни непрестанно тестировали, и буквально на днях случайно обнаружил в бумагах результаты моего тестирования по Басса-Дарки (хотя на руки нам никогда и ничего не выдавали).
Так вот последняя шкала "чувство вины" у меня 5 из 5 возможных. Как эта шкала затесалась в тесте непонятно, и можно ли считать, что в понимании авторов "чувство вины" явление так же негативное, если они его охарактеризовали так...
...8. Чувство вины – выражает возможное убеждение субъекта в том, что он является
плохим человеком, что поступает зло, а также ощущаемые им угрызения совести.
Конец цитаты.
"Практики" в последнее время накинулись на это чувство как злобные волки, и меня, как оголтелого моралиста, эта этическая деструкция со стороны пси-корпуса очень расстраивает.
Уважаемый Владимир Александрович, похоже, у Вас появился интересный вариант. Вы можете сравнить что было тогда, и что стало сегодня, по прошествии времени. Даже график сделать, наглядно.
Обида и вина - это шкалы аутоагрессии.
...
Случай (разрешено приводить, как пример).
Маму вызвал психолог школы, и сообщила, что дочка показала крайне низкие результаты по самооценке, принимайте меры. Мать расстроена, очень. Рассказ, что было предложено поставить точку на перекладинах нарисованной лестницы. И дочь поставила точку на второй (!) перекладине.
Предлагаю поговорить с дочкой, почему точка именно там оказалась.
Следующая встреча. Мама хохочет. Дочка сказала, что понятия не имела, что делать с этой лестницей. Потом подумала: " Урок второй. Поставлю на второй перекладине."
Уважаемая Людмила Григорьевна, чувством вины стало модно именовать не только чувства порождаемые комплексом неполноценности (низкой самооценки), но и прочие негативные. А между тем, чувство вины - это только И ТОЛЬКО эмоция проснувшейся совести после того, как ты поступил бесчестно, подло, жестоко. Это плохо?
И размывание именно нравственных понятий приняло у "практиков" какой-организованный, массовый и системный характер...
И какое отношение обида имеет к аутоагрессии, когда очевидно же что эта агрессия направлена вовне... Это разрушает носителя этой эмоции, но называть это аутоагрессией как-то совсем некорректно. Вот я курю много и разрушаю своё здоровье, какая ж это аутоагрессия... это занятие мне очень нравится. )
Уважаемый Владимир Александрович, Вы аб-со-лютно правы.) Принцип удовольствия с белой ручки не стряхнешь.
"Вот я курю много и разрушаю своё здоровье, какая ж это аутоагрессия... это занятие мне очень нравится. )" (с)
...
Из серии говорят дети.
Отец курит на балконе. К нему подходит пятилетний сын.
- Папа, курить вредно?
- Да, сынок, вредно...
- Папа, ты куришь?
- Да, сынок, курю...
- Папа, ты дурак?
, чтобы комментировать
Если согласиться с тем, что агрессия — это жизненная энергия для изменения среды, то возникает вопрос: что произойдёт и куда денется эта энергия, если ей запретить выход наружу? Она уйдёт в аутоагрессию. Когда человек запрещает себе «давление» или даже «прикосновение» (из страха быть плохим, из вины или травмы), агрессивный импульс не исчезает. Он разворачивается внутрь. Это порождает депрессию, психосоматику, самоедство и чувство собственной ничтожности.
Хочу дополнить авторскую классификацию ключевым моментом. Иногда то, что мы видим как неконтролируемую внешнюю агрессию (уровень «аннигиляции»), является не просто отсутствием эмпатии или неумением договариваться. Зачастую это результат эффективной, хоть и патологической, работы защиты от самоагрессии.
Автор верно указывает на то, что мы не можем не быть агрессивными. Но важно добавить: если мы не направляем эту силу на созидание и защиту своих границ осознанно, она либо отравит нас изнутри, либо вырвется наружу в виде разрушительного цунами, которое сама же психика и спровоцировала, чтобы избежать внутреннего краха. Принятие своей «агрессивной природы» — это, по сути, договор с самим собой о том, что мы выбираем жизнь и контакт, а не войну с собой или миром.
, чтобы комментировать